Читаем Лошади в океане полностью

Господи, Федор Михалыч,я ошибался, грешил.Грешен я самую малость,но повиниться решил.Господи, Лев Николаич,нищ и бессовестен я.Мне только радости — славитьблеск твоего бытия.Боже, Владимир Владимыч,я отвратительней всех.Словом скажу твоим: «Вымучь!»Вынь из меня этот грех!Трудно мне с вами и не о чем.Строгие вы господа.Вот с Александром Сергеичемпроще и грех не беда.

«Читая параллельно много книг…»

Читая параллельно много книг,ко многим я источникам приник,захлебываясь и не утираясь.Из многих рек одновременно пью,алчбу неутолимую моювсю жизнь насытить тщетно я стараюсь.Уйду, не дочитав, держа в рукелегчайший томик, но невдалекепять-шесть других рассыплю сочинений.Надеюсь, что последние слова,которые расслышу я едва,мне пушкинский нашепчет светлый гений.

22.4.1977

«Ну что же, я в положенные сроки…»

Ну что же, я в положенные срокирасчелся с жизнью за ее уроки.Она мне их давала, не спросясь,но я, не кочевряжась, расплатилсяи, сколько мордой ни совали в грязь,отмылся и в бега пустился.Последний шанс значительней иных.Последний день меняет в жизни много.Как жалко то, что в истину проник,когда над бездною уже заносишь ногу.

Вместо послесловия

Столетья в сравнении

Девятнадцатый век отдаленнееи в теории и на практикеи Танзании,и Японии,и Австралии,и Антарктики.Непонятнее восемнадцатогои таинственнее семнадцатого.Девятнадцатый век — исключение,и к нему я питаю влечение.О, пускай исполненье отложеноим замысленных помыслов всех!Очень много было хорошего.Очень много поставлено вех.Словно бы впервые одумалосьи, одумавшись, призадумалось,оценило свое калечестворазнесчастное человечество.И с внимательностью осторожноюпожалело впервые оноженщину,   на железнодорожноес горя   бросившуюся     полотно.Гекатомбы и Армагеддоныдо и после,но только тогдаиндивидуального стонаобщаяне глушила беда.До и послеот славы шалели,от великих пьянели идей.В девятнадцатом веке жалели,просто так — жалели людей.Может, это и не годитсяи в распыл пойдети в разлом.Может, это еще пригодитсяв двадцать первом и в двадцать втором.














Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Комбат Мв Найтов , Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Константин Георгиевич Калбазов , Комбат Найтов

Детективы / Поэзия / Фантастика / Попаданцы / Боевики
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия