Читаем Люди полностью

Сколько жестоких разочарований ждало эту тощую угловатую блондинку в её недолгой жизни! Не знаю, являлось ли то защитной реакцией или просто скудоумием в сочетании с местечковыми масштабами, но в свои годы Лера действительно не понимала, что живёт на задворках цивилизации, и была полностью погружена в окружающую действительность. Конечно, она предполагала, что где-то там тоже живут люди и живут лучше, чем здесь, но, поскольку её единственным мерилом являлись деньги, которые имелись и тут, пусть и в ничтожных количествах, о чём девочка, правда, не догадывалась по причине всё той же ограниченности, никаких принципиальных отличий между нашей дырой и, предположим, столицей Лера не усматривала, не хотела усматривать. Всемирная вычислительная сеть сыграла со всем мировым быдлом злую шутку, сделав вездесущим доступное для его понимания или для приобретения, вследствие чего у последнего полностью исчезла всякая мотивация выбираться из того хлева, в котором оно народилось на свет. Щедро спонсируемая мамой, одежду и косметику Лера уже несколько лет заказывала через сеть и периодически ездила с родительницей в областной центр до ближайшего пункта выдачи, так что даже за этим нехитрым и желанным для каждой девочки и женщины скарбом не надо было отправляться в крупные города; кино, музыку и прочие развлечения, как я и все остальные мои знакомые, она получала тем же способом (хоть в нашем городке и имелся кинотеатр, он давно ничего не показывал, лишь проедал местный бюджет и желал продаться кому угодно, не будучи нужным никому, ибо аудитория его была скудна пусть и падка на всё новое), поэтому выбраться в город на премьеру фильма, концерт и тем более спектакль у девочки и мысли не возникало. В свои годы дочь Валентины Сергеевны ни разу не посетила столицу, хоть и при любом удобном случае демонстрировала характерное для всякого деревенского оборванца стремление попасть в неё как в естественную для себя среду обитания, однако не всерьёз, как и всё в подростковом возрасте, и поскольку никаких вразумительных желаний и уж тем более действий девочка не выказывала и не предпринимала, её слова оставались всего лишь претенциозной болтовнёй посредственной соплячки.

Таким образом, Лера прозябала в собственном исключительно ограниченном мирке, не испытывая ни малейших сожалений ни по поводу его ущербности, поскольку ничего иного она не знала, ни невозможности из него выбраться. В эмоциональном плане они с матерью никогда не были близки, пусть и, повторюсь, являлись друг для друга единственными родными людьми во всём мире, поэтому центр тяжести жизни подростка давно и прочно сместился в сторону общения с несколькими сверстницами примерно одинакового достатка и уровня развития. Если бы кто-то захотел придать печатную форму их диалогам, то вполне смог бы обойтись парой штампованных фраз, повторяемых из раза в раз, и бесконечным рядом скобок, которыми изобиловало их общение в социальных сетях, занимавшее около 70 % от совместного времяпрепровождения. Остальное практически полностью приходилось на телефонные разговоры, изобиловавшие сплетнями о других членках кружка, и лишь несколько минут в школе они общались в живую. Почему так получалось? Во-первых, потому что в нашем городке девочкам подросткового возраста совершенно некуда пойти, ни нормальных занятий по интересам, ни нормальных развлечений, ни нормальных магазинов – ничего такого у нас нет, и, во-вторых, ни у одной из них не было никаких увлечений, вся компания удовлетворялась той суетной шелухой, которой забивает незрелые мозги разного рода креативная шваль, дабы всучить свои ущербные поделия скудоумному отребью за некоторое количество дней их бессмысленной жизни.