Читаем Люди полностью

«Судьба – трусливый и самолюбивый способ придать случайным совпадениям сакральный смысл, притянув его за уши. Что такое «судьба»? И не говорите мне «всё, что с нами происходит». Это всё равно, что сказать «железо потому является железом, что оно железное». Всё, что происходит с людьми, вполне объясняется их поступками, случайностями, от которых никто не застрахован, и закономерными процессами, развивающимися вне чьей-либо воли и даже осознания, что, как вы, увы, не понимаете, в отдельном слове для обозначения не нуждается. Боюсь, пропасть между нами слишком широка, чтобы всерьёз можно было говорить о взаимности вашей симпатии».

XVII

Сделав немыслимое, признавшись мужчине в своих чувствах, Валентина Сергеевна проснулась в холодном поту, со страхом в сердце и ощущением беспримерного облегчения, будто у неё тяжесть с души упала. Всю жизнь она проходила неимоверно гнусный отбор самой серой серости, самой посредственной посредственности, самой средней середины в пирамиде власти, на вершине которой стоит глава государства, поистине эталон всего перечисленного, поэтому подобное проявление беспомощности, открытости и надежды на ответные чувства ничего кроме суеверного ужаса в её душе породить не могло. Даже те хилые ростки здравого мышления, которые Валентина Сергеевна, как и всякий молодой человек, ещё не искушённый в борьбе за выживание, обнаруживала вопреки влиянию калечащего окружения, впоследствии оказались уничтожены тем вялым, унылым, выхолащивающим процессом, в который она с энтузиазмом влилась, ибо так хотел её отец и такой ей виделась вершина человеческого существования, тот максимальный предел ценности деятельности, на который он только способен. Разумеется, женщине как сперва и мне тогдашняя служба в администрации района казалась лишь трамплином, подготовительным этапом перед стремительным взлётом на поприще государственного управления. Хотя почему «казалась»? Наверняка ведь и сейчас кажется, только стремительный взлёт в её воображении сменился планомерным подъёмом, Кремль – областным правительством или просто местным министерством экономического развития, в плане целей власть уступила место высокой зарплате и, возможно, служебному автомобилю, а из средств достижения всего этого предусмотрительно удалены ум, знания и профессиональные навыки, первые два – за их бесполезность, последние – за отсутствие в природе как таковых, и на авансцену вышли исполнительность, усидчивость, личная лояльность, духовное убожество и ни чем не подкреплённое самомнение. Да, как ни странно, среди чиновничества последние два не только терпятся, но и приветствуются, первое из них необходимо для того, чтобы человек не пришёл в отчаяние от бессмысленности отупляющей рутины, чтобы у него ни в коем случае не хватило ума на понимание того, что смысл жизни заключается в познании истины, но чтобы он смутно предчувствовал, желательно с религиозным оттенком, что главное в ней – это смерть, от чего безотчётно пугался и отворачивался от всякого содержания вообще, перенося центр бытия на бесконечную возню в своём уголке сточной канавы. А вот неоправданное самомнение неизбежно встречается тогда, когда кто-то руководит такими же убожествами, каким является сам, когда он им равен, а то и стоит ниже их, когда его в любую секунду можно заменить без какого-либо ущерба для дела, и только его безоглядная уверенность в себе, только то, что он подлостью в отношении сослуживцев, заискиванием перед начальством, зачастую и прямыми взятками случайно оказался вверху, могут поддержать в нём непоколебимую веру в то, что его распоряжения стоит выполнять, что его вообще стоит слушать, а не спокойно пройти мимо визжащего ничтожества, которому нечего тебе предложить.