Читаем Королевство моста полностью

В основном потому, что Лара оставалась для него загадкой. Арен хотел узнать ее получше в ходе той отвратительной карточной игры и, услышав, как ее забрали от матери, пришел к очевидному выводу: если Лара и согласилась шпионить для отца, то определенно не из любви к нему. Но это еще не означало, что она невинна. Преданность можно купить, а у Сайласа были для этого средства.

Раздосадованный цикличностью своих мыслей, Арен отшвырнул перо. Достав шкатулку с пергаментом, открыл потайную стенку с узким ящичком, в котором прятал важные документы от посторонних глаз, и сунул туда письмо отцу Лары. Допишет его, как только убедится, что действительно может гарантировать ее благополучие.

Погладив кота по голове, Арен выгнал его за дверь и пошел по коридору. Илай полировал столовое серебро, но отвлекся при приближении короля.

– Собираетесь в казарму, ваше величество?

Идея, конечно, соблазнительная: посидеть у костра с солдатами, выпить, сыграть в нормальные игры… Но это лишь вызовет вопросы, почему он не проводит ночи с новой женой.

– Просто хочу прогуляться к скалам.

– Я оставлю вам горящую лампу, ваше величество, – пообещал мальчик и вернулся к работе.

Отказавшись от фонарика, Арен спустился по узкой тропе к утесам, что нависли над морем. Волны разбивались о черные скалы внизу, вода отступала лишь для того, чтобы нахлынуть вновь и ударить по Срединному дозору безжалостным, неумолимым молотом. Этот шум – свирепый и в то же время умиротворяющий – убаюкивал Арена, пока он вглядывался в темноту над морем.

Затем он со стоном лег на спину, намочив одежду о мокрые камни, и всмотрелся в ночное небо, которое представляло собой лоскутное одеяло из облаков и звезд. Нигде поблизости не горел свет, который мог бы отвлечь от их мерцания. Его подданные слишком умны, чтобы зажигать огни в межсезонье – период года, когда Итикану не защищали бури и королевство было вынуждено полагаться только на сталь, смекалку и скрытность.

Изменится ли это когда-нибудь? Возможно ли это?

На груди захрустела бумага, спрятанная за ворот туники, – эти страницы и побудили его пойти к Ларе. Смертные приговоры.

Две пятнадцатилетние девочки украли лодку в очевидной попытке сбежать из Итиканы. По словам друзей, они планировали уплыть на север в Эренделл.

Их и приговаривали к казни. По обвинению в государственной измене.

Итиканцам не разрешалось покидать королевство. Такое право предоставлялось только хорошо обученным шпионам, и всегда с указанием: если их поймают, они умрут от собственного меча, прежде чем выдадут тайны своей страны. О входах на мост знали сугубо солдаты его армии, но скрыть оборонные сооружения на островах от их жителей было невозможно, да и об Эранале знали все. Поэтому за неудачную попытку побега наказывали поркой. Ежели попытка удалась, на человека начиналась охота.

А итиканские охотники всегда возвращались с добычей.

«Всего пятнадцать лет…» Арен сжал челюсти, чувствуя, как по горлу поднимается тошнота. В отчете не указывалась причина, почему девочки решили сбежать. В этом не было необходимости. В пятнадцать лет подростков направляли в гарнизон. Впереди их ждали первые Приливы войны, и у них не было иного выбора, кроме как сражаться. Вместо этого девочки предпочли рискнуть и сбежать. Ради иного пути. Иной жизни.

И теперь Арен должен вынести им смертный приговор.

Его родители редко ссорились, но из-за этого закона в доме часто раздавались крики и хлопали двери. Мать с таким остервенением расхаживала по комнате, что близнецы боялись, как бы у нее снова не случился приступ, как бы ее сердце не остановилось навсегда… Закрыв глаза, Арен услышал эхо ее голоса, когда она кричала на отца: «Мы прозябаем в клетке, в собственноручно возведенной темнице! Как ты этого не понимаешь?!»

«Это единственный способ уберечь наших подданных! – пылко парировал отец. – Стоит ослабить бдительность, и Итикане конец. Нас разорвут в клочья в борьбе за мост».

«Ты этого не знаешь. Если мы приложим усилия, все может сложиться иначе».

«Налетчики, которые приплывают каждый год, доказывают обратное, Делия. Только так мы можем защитить существование нашего народа».

И она всегда шептала в ответ: «Существовать не значит жить. Они заслуживают лучшего».

Арен помотал головой, чтобы избавиться от воспоминания. Но оно лишь спряталось на задворках, чтобы снова всплыть в самый неподходящий момент.

Если он позволит итиканцам свободно покидать острова, это почти гарантирует утечку всех секретов королевства. Арен это понимал. Но если Итикана заключит прочные союзы с Эренделлом и Маридриной, последствия этих утечек будут куда менее разрушительными. Если бы военно-морские силы этих королевств поддержали оборону моста, у некоторых из его людей появилась бы возможность жить не сражаясь. Уплыть на обучение. А затем вернуться домой и поделиться нажитыми знаниями. И тогда ему больше не придется подписывать смертный приговор детям.