– У меня были строгие наставники, – пробормотала она. – Но это было давно. Я уже и забыла об этих шрамах.
Однако ее слова ничуть не успокоили Арена, а, напротив, возмутили еще больше.
– Кто так обращается с ребенком?!
Лара открыла и закрыла рот – у нее не было подходящего ответа. Все сестры подвергались порке за различные проступки, но не так часто, как она.
– Я была непослушным ребенком.
– И чего они хотели добиться: выбить из тебя дурь? – поинтересовался он ледяным тоном.
Лара натянула простыни и промолчала. Боялась сболтнуть лишнее.
– Раз уж на то пошло, в Итикане тебя никто и пальцем не тронет. Даю слово. – Арен встал, подхватил фонарик. – До рассвета осталось всего несколько часов. Постарайся поспать.
И вышел из комнаты, закрывая за собой сломанную дверь.
Лара лежала в кровати и прислушивалась к умиротворяющему стуку дождя за окном, до сих пор чувствуя прикосновение Арена к своей коже. По-прежнему слыша его непреклонный голос, когда он сказал, что в Итикане ее никогда не тронут. Это обещание шло вразрез всему, что она знала о нем и его королевстве. «Его слово не стоит и лошадиного дерьма», – напомнила себе Лара. В конце концов, Арен обещал Маридрине свободную торговлю, а в итоге ее родина получила только испорченное мясо.
Ее цель – мост. Обойти защиту Итиканы и попасть в желанное всеми сооружение. Сегодня Арен покажет ей свое королевство. Если повезет, Лара увидит, как итиканцы перемещаются по нему, где спускают лодки на воду, где живут островитяне. Это первый шаг к успешному вторжению. Первый шаг к возвращению Маридрины к процветанию.
«Сосредоточься на этом. На том, что это значит для твоего народа».
Но сколько бы она ни делала глубоких вдохов, пульс не замедлялся. Лара встала с кровати, подошла к двери, подпрыгнула и ухватилась за раму. Впившись ногтями в дерево, напрягая мышцы спины и рук, начала подтягиваться. Тридцать раз. Сорок. Пятьдесят. Она представляла, что сестры поднимаются и опускаются рядом с ней, подбадривая друг друга, пусть каждая из них и боролась за победу.
Затем легла на пол и принялась качать пресс – мышцы живота горели пламенем, когда она преодолела отметку в сто раз. Двести. Триста. В Красной пустыне было жарче, чем в Итикане, но местная влажность просто убивала. Истекая потом, Лара переходила от упражнения к упражнению; боль прогоняла нежеланные мысли получше любой медитации.
Когда Клара постучала в дверь и внесла поднос с едой и чашкой горячего кофе, Лара так проголодалась, что ей было уже все равно, заметит ли служанка ее раскрасневшееся лицо и пропитанную потом одежду.
Прихлебывая кофе, она безотчетно закинула кусочки еды в рот, затем искупалась и надела ту же одежду, что во время прогулки по джунглям, включая тяжелые кожаные ботинки. Пристегнула ножи к поясу, заплела волосы в тугую косу, достающую до середины спины. К тому времени как Лара вышла из спальни, сквозь тяжелые занавески на окнах уже просачивался рассеянный свет.
В коридоре подметал Илай.
– Его величество ждет вас на крыльце, миледи.
Мальчишка не соврал – прежде чем объявить о своем присутствии, Лара воспользовалась моментом и понаблюдала за Ареном через окно. Он сидел на лестнице, облокотившись на каменные ступеньки, из-под коротких рукавов туники выглядывали мускулистые руки с наручами на предплечьях. Лучи восходящего солнца – в кои-то веки не сокрытого облаками – блестели на многочисленном оружии, которым он увешал себя. Лара угрюмо покосилась на свою жалкую пару ножей, жалея, что не может вооружиться так же.
Открыв дверь, она набрала полную грудь влажного воздуха. Легкий ветерок принес запах соленого моря и земли. По джунглям стелился серебристый туман, повсюду слышались жужжание насекомых, птичий щебет и крики неизвестных животных.
Арен встал, не обменявшись с ней ни словом – даже о кошмаре не упомянул. Лара последовала за ним по узкой тропинке, держа расстояние в пару шагов, чтобы незаметно понаблюдать за королем. Он обладал грацией хищника: охотничий взгляд скользил по земле, кронам деревьев, небу. Лук небрежно нес в руке, вместо того чтобы повесить на плечо, как делали солдаты ее отца. Врасплох его не застанешь. Лара на миг задумалась, насколько он хороший боец. Если до этого дойдет, сможет ли она его одолеть?
– Ты всегда выглядишь так, будто хочешь кого-то убить, – подметил Арен. – Может, даже меня.
Лара пнула камешек и хмуро воззрилась на пыльную тропу.
– Я не знала, что вдовствующая королева еще жива.
И в самом деле, у нее создалось впечатление, что из королевского рода остались только Арен и его сестра.
– Нет. Бабушка – мать моего отца. – Арен повернул голову на шорох в кустах. – Моя мама, Делия Кертелл, была королевских кровей. Папа родился в семье простолюдинов, но сделал карьеру в армии и стал членом ее почетной стражи. Мама прониклась к нему симпатией и вышла за него замуж. Бабушка… известная целительница. Хотя многие предпочли бы описать ее другим словом – в том числе моя сестра.
– И почему она хочет меня видеть?
– Она тебя уже видела.
Лара прищурилась.