Читаем Карантин полностью

Комполка в свою очередь собрал всех своих офицеров и, не вдаваясь в подробности и, тем более умолчав об откровениях адъютанта, расписал задачу каждого подразделения. Ставя задачу разведроте, всегда пунктуальный, точный и грамотный полковник Лунев допустил ошибку: разведрота получила приказ выдвинуться в точку, координаты которой были километров на двадцать перенесены вглубь карантинной зоны. Начальник штаба у Лунева обладал всеми признаками офицера новой формации, то есть явные недочеты в уровне IQ и подготовки. Поэтому, когда комполка устно, скороговоркой, назвал Насимову место дислокации его подразделения, начштаба спокойно воспринял эту информацию. Насимов же не знал ничего о положении дел в Ущелье и воспринял приказ нормально и, откозыряв, отбыл в место расположения роты, справедливо полагая, что перед разведротой, как всегда, ставятся особые задачи. Капитан в момент получения приказа не подозревал, какую подляну подкладывает ему комполка, ибо не знал истинной картины событий. Для него это было фазой войсковых учений, ради которой он срочно покинул свой дом и прелестную молоденькую жену Ольгу. И, получив приказ, Насимов покинул штаб, наскоро заскочив домой, поцеловал теплую сонную Ольгу, по случаю жаркой летней ночи спавшую совершенно голой, да еще и поверх легкого одеяла. Немного посомневался, стоит ли завершать то, что прервал внезапный звонок из штаба полка, а именно: страстное соитие с нежными стонами и скрипом старой деревянной кровати, но ограничился легким поцелуем в теплое хрупкое плечо и отбыл в расположение разведроты, уже поднятой по тревоге и готовой выдвинуться в горы. Нам не известно, жалел ли он впоследствии о том, что не решился нарушить сон супруги и лихим кавалерийским наскоком не завершил столь многообещающе начавшуюся ночь.

* * *

Армейские грузовики остановились на дороге у входа в Ущелье. Отсюда люди Насимова должны были в пешем порядке скрытно проследовать в Ущелье и занять небольшое безлюдное плато над дорогой районного значения и ждать дальнейших распоряжений от командования. К утру разведрота достигла означенного пункта и расположилась для отдыха. Насимов еще не знал, что родной полк уже выдвигается к границам периметра, жирной черной линией обозначенной на военных картах, в двадцати километрах от расположения роты, создавая первое кольцо карантина, и отрезая разведроту от обычной жизни.

* * *

Основные силы полка выдвинулись в горы уже утром и только к полудню заняли позиции согласно плану минобороны и генштаба. Вторым темпом подошли вспомогательные службы: медсанчасть, кухни, служба связи. В зоне ответственности 11-го — луневского — полка оказалась дорога, пронизывавшая насквозь все Ущелье. 11-й полк блокировал Ущелье снизу, 10-й — оседлал верхнюю часть. Еще несколько полков расположились по гребням гор, окаймляющих Ущелье.

Дорогу на выходе из Ущелья в самой узкой его части перекрыли бетонными блоками. А вдоль всей карантинной линии надо было протянуть три ряда колючей проволоки. Кроме того, следовало по всему периметру очистить местность от кустарника и деревьев на несколько десятков метров вперед, чтобы в случае прорыва из зоны, у прорывающихся не было бы шансов скрытно подобраться к периметру.

Словом, забот хватало. У полковника Лунева не было свободной минуты. Но, в конце концов, все было организовано на славу. Все же он был толковым, опытным и хорошо обученным командиром.

Солдатам в оцеплении, наконец, разъяснили, в чем дело, и отдали приказ: ни в какие контакты с людьми из зоны не вступать, при приближении оных к границе зоны, останавливать окриком и предупредительными выстрелами. В случае малейшего неподчинения стрелять на поражение. Впрочем, стрельба на поражение началась сразу безо всякой предупредительной канители. Солдаты, напуганные слухами о смертельной болезни, расстреливали все живое, приближавшееся с той стороны.

* * *

Стрельба началась на дороге из-за бетонных плит. Не успели их установить, как со стороны кишлака Октерек появился груженный полными мешками грузовик. Увидев перегораживающую дорогу баррикаду, водитель затормозил и озадаченно уставился на преграду, за которой он видел солдат, бронетранспортеры, расчехленные пушки. В мегафон ему приказали поворачивать назад. Шофер продолжал в обалдении сидеть за рулем, потом вылез на подножку и закричал в сторону баррикады:

— Что случилось?! Мне срочно надо в Заркент. Начальник накажет, если вовремя не доставлю груз.

С ним не стали церемониться, выпустив пол-обоймы из "калашникова" над головой. Только тогда тот понял, что это всерьез и, быстренько заведя машину, умчался назад.