Читаем Каникулы принцессы полностью

Катя удивленно посмотрела на маму:

– Хлопотно. И потом, знаешь, мам…

– Что, солнышко?

Катя тяжело задумалась. Долго подбирала в уме слова, потом глухо произнесла:

– Там, во сне, у меня было все. ВСЕ, понимаешь?

Мама кивнула.

– Платья, драгоценности, слуги, комната огромная, ванна с гидромассажем, душевая кабина с тьмой функций, зимний сад, гувернантка, профессора-преподаватели, я ездила в лимузинах, представляешь? Все, как мечтала, все, что положено принцессе или герцогине… – Катя судорожно сглотнула. – Но… никто там меня не любил! Никто, мам!!! – Катя уткнулась носом в мамино плечо и еле слышно пробормотала: – Все такие вежливые, воспитанные, даже красивые и… холодные, как ледышки. И я там чужая! Совсем чужая и никому не нужная. Такой вот странный сон…

Мама слушала, затаив дыхание. Катя горестно шмыгнула носом и пожаловалась:

– И потом, у меня там не было ни минуты свободного времени!

– Сама мечтала о ресторанах, театрах, балах… – поддразнила мама.

– Какие рестораны или балы?! – у Кати от возмущения сел голос. – Меня заставляли учиться, мам! Больше, чем в школе, клянусь! Разве это нормальный сон, мам?! – И неуверенно предположила: – Может, лекарства виноваты или грипп?

Мама еле слышно засмеялась. Катя сердито засопела:

– Вовсе не смешно!

Мама нежно подула в раскрасневшееся лицо дочери:

– Неужели тебе никто не понравился там, в твоем сне?

Катя пожала плечами:

– Какая разница? Раз это всего лишь сон.

– Ну, интересно же…

– Мам, это ведь сон! Не спрашивай меня о нем больше, ладно?

Мама кивнула и погладила Катю по голове. Девочка жалобно прошептала:

– Только вот подарков жалко…

– Каких подарков? – мама удивленно посмотрела в мятежные глаза дочери.

– Рождественских, мам. Вчера же было католическое Рождество, вот они мне и причудились, я же оказалась в Англии, там, во сне.

Мама улыбнулась. Катя расстроенно покачала головой:

– Эх, целая груда коробок и коробочек, а я так и не развернула ни одного свертка!

– Почему же не развернула?

Катя замерла с открытым ртом и вдруг изумленно призналась:

– Знаешь, мам, там они мне были не интересны. Вот честное слово, я как-то о них и не думала, и не ждала, даже удивилась, когда увидела. Зато здесь… О-о, были б они здесь!!!

– Ох, солнышко, ну и путаный же у тебя сон, – засмеялась мама.

– Почему – путаный, – обиделась Катя. – Очень даже логичный.

– Я не о том.

– А о чем?

– Просто ты, пока болела, перепутала сон с явью.

– Это… как?

– Ну, тебе, например, пришел целый контейнер подарков из Англии от какой-то герцогини Хостонской…

– От… кого?!

– От герцогини Хостонской, зайка, она каждый Новый год рассылает подарки российским детям. Как-то отбирает их, не знаю уж точно по какому принципу, может компьютерная программа какая-нибудь…

– И… что?!

– Ничего. Просто в этом году ты оказалась в ее списке. А мы с папой тебе все-все рассказывали. Доктор велел непременно с тобой разговаривать, ведь ты все понимала, хоть и почти все время дремала…

Побледневшая Катя слушала маму с открытым ртом.

– Папа даже показывал тебе эти свертки…

– К-как?

– Ты в тот вечер чувствовала себя неплохо, вот он и отнес тебя в зал. Ты даже смеялась, когда подарки рассматривала…

– Я их видела?!

– Нет, ты не вскрывала упаковки, если ты об этом. Только одну коробку с нарядным платьем мы распаковали, уж очень интересно было – что там. А ты просто разглядывала открытки, они оказались прикреплены к бумаге. Папа зачитывал тебе, от кого они.

– И… от кого? – потрясенно выдохнула Катя.

– Какие-то английские имена, довольно сложные, я не помню, детка. Знаешь, сейчас многие занимаются благотворительностью. А это что-то типа подарков от деда Мороза, как выигрыш в лотерею…

– Зато я помню, – Катя сжала кулаки: – От Розмари, от Стейси, от Джейсона, от Кимберли…

– Это имя и я запомнила, – оживилась мама. – Правда, необычное?

– Да, мам, – угрюмо кивнула Катя. – Очень необычное. Как и мой сон…

* * *

В школу Катя пошла лишь в пятницу, перед самыми каникулами, на этом настояла мама, заявив, что ребенку нужно прийти в себя после длительной болезни. Папа не возражал, как и всегда. И Катя согласилась, вдруг оказалось трудным выйти из дома, как ни в чем ни бывало.

Странный сон мучил ее! Никак не хотел забываться! Катя часами стояла у окна, но видела не шумный проспект Победы, перед глазами все еще стоял заснеженный парк у старинного замка. Девочка вздрагивала от любого резкого звука, ей до сих пор чудился строгий голос гувернантки или звонкий, веселый – горничной.

Катя радовалась, что днем мама с папой на работе. Она плохо представляла, что скажут родители, застав ее над учебниками – добровольно! – или у компьютера опять-таки за учебными программами.

Хватит и того, что мама с папой озабоченно хмурились, заглядывая вечерами в ее комнату: идеальный порядок в детской удивлял их. Во вторник мама открыла Катин платяной шкаф и потрясенно приподняла брови: всегда неопрятно забитые полки оказались практически пусты, и вешалки аккуратной грудой лежали внизу, только три были заняты.

Катя, не дожидаясь вопросов, виновато пробормотала: