Читаем Инферно полностью

Густав, поняв, что дело приняло критический оборот, бросился на Кира, выкручивая ему руки, но хирург оказался на удивление сильным, несмотря на недавний обморок.

Угомонить его удалось только с третьей попытки, когда странник завел Киру руки за спину и швырнул животом на диван, упершись коленом в спину. Хирург, не поместившись на диване полностью, свесил голову и вцепился зубами в обивку, исступленно крича, что чертовы тараканы уже шуруют в его заднице и вот уже щекочут усиками член, приступая к проникновению в уретру.

— Сбей их с меня! — тоскливо промычал он. — Не мучай.

— Это галлюцинации, успокойся, — сказал Густав, в первую очередь стараясь успокоить себя, чтобы не применить к извивавшемуся хирургу чрезмерную силу и не сломать ему что-нибудь.

— Галлюцинации? — спросила перепуганная Ира, вернувшаяся с двухлитровой бутылкой воды и стаканом.

— Да, твоему мужу будет что рассказать. А теперь дай мне воду.

Странник сжал бутыль и выплеснул в лицо и за шиворот Кира порцию холодной воды. Тот вскрикнул и замолчал.

— Ну что? Все, теперь нет тараканов? — Густав грубо прошелся ладонью по волосам и шее хирурга, как будто мыл их. — Я их больше не вижу, а ты?

— Точно смыл?

— Да, абсолютно. Жена твоя подтвердит.

— Хорошо, тогда отпусти.

Густав медленно встал с Кира. Тот поднялся, потирая поясницу, и сел на диван, внимательно осматривая себя, особенно одежду, всю целиком, вплоть до штанов и носков.

— Вроде бы нет, — сказал он наконец и счастливо улыбнулся. — Вы спасли меня.

— Слава богам. — Густав отпил из бутылки и поморщился от холода, сведшего зубы, затем протянул бутылку Киру.

Тот отхлебнул, и его тут же стало трясти. Ира, севшая рядом, обняла его за плечи, но хирург, казалось, этого не заметил, внимательно смотря в противоположный угол комнаты.

— Что с ним случилось? — спросила Ира.

Густав хмыкнул.

— Думаю, он позже сам тебе расскажет. Да, Кирилл?

— Да, — рассеянно произнес хирург. — А вы мне не расскажете, что у нас в доме делает легионер?

— Кто? — в один голос удивленно спросили Густав и Ира.

— Легионер. Вон там. — Палец Кира уперся в пустой угол. — И он… растет.

— Растет? Ладно. — Странник сел с другой стороны и тоже положил Киру руку на плечо. — Итак, что ты видишь? Легионер, который становится больше?

— Больше. И меньше. Больше. И меньше. — Голова хирурга моталась, как при просмотре теннисного матча.

— Ты можешь не смотреть на него?

— Он пялится прямо на меня. Грозит кулаком. Или что это у него? — Кир прищурился и подался вперёд. — Да, кулак, определённо. Как моя голова.

— Господи, — прошептала Ира, — зачем вы сунулись в аорту? К чему были такие сложности? Он сошел с ума, я это предчувствовала.

— Если и сошел, то совсем ненадолго, — сказал Густав. — Я уже сталкивался со съехавшими с катушек людьми. К ним нужен особый подход. Это особого рода люди.

— Особого рода люди? — повторила Ира.

— Наркоманы, алкоголики. Те, что любят изменять своё сознание.

— Но Кирилл нормальный!

— Ты кое-чего не знаешь. У него белая горячка.

Густав подошёл к письменному столу, взял с него планшет с пером и поднес к хирургу, щелкнув у него перед глазами пальцами.

— Эй, смотри сюда. — Он чуть ли не насильно всучил Киру планшет. — Ты можешь нарисовать легионера, которого видишь в том углу? Хотя бы примерно?

— Да, — кивнул хирург.

— Тогда приступай.

Странник откинулся на спинку дивана, а Ира наклонилась к мужу, внимательно разглядывая, что он выводит пером на белой поверхности. Художество отняло минуту, не больше, в итоге получился чёрный ураган спутанных линий, в которых явно проглядывались два глаза и тот самый кулак, что сильно беспокоил хирурга.

— Отлично, — искренне сказал странник. — А теперь мы сделаем вот что. Я знаю о Легионе гораздо больше, чем ты. Согласен?

— Д-да. — Побледневший Кир попытался отодвинуть от себя планшет, будто и он таил угрозу, но Густав не позволил ему этого сделать.

— И я знаю, где у них слабые места. Хочешь, я расскажу тебе важный секрет и ты избавишься от легионера?

— Это реально? — с надеждой спросил хирург.

— Естественно! Вот что ты должен сделать: возьми сотри то, что нарисовал. Если стереть все, до последнего пикселя, то легионер исчезнет. Это их ахиллесова пята. Ты, нарисовав его с натуры, заключил его… м-м… сущность в… э-э… планшет. И она с того момента в твоей власти. Есть желание убить эту тварь?

— Да! — рьяно крикнул Кир и начал стирать рисунок, чересчур сильно надавливая пером на матовую поверхность плоского электронного мольберта.

Когда там вновь образовалось белое поле, он смешно и карикатурно вытер пот со лба, как это делают в плохих театральных постановках. С той разницей, что Кир на самом деле весь взмок.

У него полопались сосуды в глазах, и теперь они, окаймленные красной паутиной, цепко оглядывали комнату в поисках коварного легионера.

— Никого? — с тревогой спросил Густав.

— Никого! Исчез, на самом деле исчез! — ликующе воскликнул Кир.

— Так и должно быть. Сейчас тебе нужно поспать, чтобы… гм… восстановить энергию, которую высосала эта тварь. Это обязательное условие!