Читаем Иди за рекой полностью

Изрядно опьянев, я решила, что надо делать. Ведь на самом‐то деле, насколько нам было известно, Лукас не родился 31 августа. В действительности я не была ему матерью, Пол – отцом, а Макс – братом. Не существовало официальных записей о дате рождения Лукаса. Я пойду в военкомат и заявлю о том, что его свидетельство о рождении – подделка. Но для начала мне придется признаться моему Лукасу в том, что и я – подделка тоже.

Я допила все, что оставалось в бутылке, с четким пониманием: в тот день из лотерейного барабана вытащили ложь нашей семьи.

Правда

Нельзя было говорить ему правду.

За две недели до того, как мальчикам предстояло явиться на медосмотр, Лукас пришел к нам постирать свои вещи. Пол не одобрял того, что ребята используют нашу машинку вместо прачечной-автомата в городе, поэтому они приходили по утрам, когда его нет дома. Я никогда не знала, в какой момент то один, то другой вдруг войдет с бельевым мешком в руках, оба – такие эффектные парни, каждый по‐своему. У Лукаса – сильные широкие плечи, мускулистые руки и гладкая смуглая кожа. А еще – улыбка, от которой у меня плавилось сердце. В тот последний день, когда я еще не потеряла сына, на нем была белая футболка и джинсы, а черные волосы он остриг совсем коротко, хотя в моду уже вошли длинные космы. Он был прекрасен.

В ожидании дня, когда им надо будет явиться на призывной пункт, я достала свидетельства о рождении мальчиков у Пола из папок с документами. За исключением имени, свидетельство Лукаса было практически идентично свидетельству Макса – то же время и дата, и чернильный отпечаток младенческой ступни. Я вспомнила, как Пол достал подделанный документ из кожаного портфеля и велел мне убрать его в папку и не задавать никаких вопросов. С тех пор эта бумага никогда ни у кого не вызывала сомнений, и я знала, что и на этот раз будет так.

Когда Лукас в тот день попросил у меня свидетельство, я молча протянула ему документ. Сын небрежно сложил его пополам и сунул в задний карман штанов. У меня пересохло во рту, не передать как.

Я попросила его, пока машинка стирает, помочь мне во дворе. Лукас в своей обычной мягкой манере послушался, пошел за мной на задний двор и взял грабли. Мы работали бок о бок, сгребая мертвую траву и не говоря ни слова о войне, а вместо этого обсуждая ласковое весеннее солнце и возвращение птичьих криков.

С птичьих криков у нас все началось, на них у нас все и закончилось.