Читаем Иди за рекой полностью

Выломанная дверь. Кричащая девушка. Опрокинутый книжный шкаф. Удары, хриплые возгласы, визг иглы по пластинке. Малыши, которых я когда‐то держала на руках, выросли в чудовищ, а я будто уменьшилась в размере. Я тянула, била и визжала в бесплодной попытке их развести. Лиза прижала к груди подушку и выбежала из комнаты. Черный лифчик, черные размазанные глаза, а за спиной – избитые и истерзанные братья.

Мальчики наконец разошлись: они выбились из сил и тяжело дышали. Лукас лежал в слезах. Макс, споткнувшись, вскочил на ноги и выбежал прочь из дома. Я сидела, прислонившись к стене, и изумленно оценивала нанесенный ущерб.

– Прости, мама. – Лукас протянул мне руку, и я ее взяла.

Позже, когда мы с ним по кусочкам собирали комнату обратно, пока Макс и Пол оба были кто знает где, я узнала, что Лиза – точно так же, как и Джоан, как и Келли, и как одна из Ким, – была девушкой Лукаса.

– Мне надо отсюда выбраться, – сказал он.

Я знала, что он поедет к реке. И там будет делать то, что всегда, к счастью или к сожалению, так или иначе ухитрялся сделать – а именно: будет прощать своего брата вместо того, чтоб его потерять.

В ту ночь я лежала без сна в нашем пустом доме, пока не услышала, как открылась и закрылась входная дверь. Вскоре рядом с моей кроватью темной тенью возникла фигура Лукаса.

– Можно, мы опять поедем в лес? В то место, где лежит круг из камней? – спросил он.

Я вспомнила, как он весело бегал между деревьями и как укладывал на валун камень в форме персика, даже не догадываясь, для кого это. На сей раз я поклялась себе, что расскажу ему правду.

– Там, наверное, еще все в снегу, – ответила я. – Но да, обязательно поедем, при первой же возможности.

Говоря это, я искренне верила в свои слова. Но я так его туда и не свозила, и он меня об этом больше не просил.

Дни рождения

Бэтмен, Буллвинкль, Зеленая Стрела, Флинтстоуны. Долгие годы 31 августа означало тематические бумажные тарелки и торт из “Поваренной книги хорошей хозяйки” для моих сыновей и соседских мальчишек. Потом дни рождения стали означать тревогу. Мои подростки одни где‐то в ночи, все те же мальчики, но теперь любыми глупыми правдами и неправдами стремящиеся стать мужчинами. Дни рождения стали означать необходимость выглядывать из‐за занавесок далеко за полночь и смотреть, как Лукас ведет Макса по дорожке к дому, а Макс едва переставляет ноги.

А 1 декабря 1969 года дни рождения стали судьбой. Дни рождения стали означать, убьешь ты сам или будешь убит, убежишь или падешь, будет твоя семья разбита или уцелеет.