Читаем Язык птиц полностью

36 О ТОМ, КАК ПТИЦЫ, ОТЧАЯВШИСЬ В ОТРЕШЕНИИ, ОБРЕТАЮТ СИЛЫ В НАСТАВЛЕНИИ УДОДА

«К-эй, — сказал им Удод, — бесприютная стая,Без жилья и без крова беспутная стая!Не, теряйте надежды на благо и милость,Милосердие шахом от века дарилось.Нелегко единение с ним обрести,Лучше — смерть на взыскующем этом пути.Раз уж нам это благо ниспослано рокомИ нашли мы приют в этом доле высоком,3140 В нашей доле дано быть великому счастью —Умереть одержимыми высшею страстью».И явили тут птицы смирения знакИ сказали Удоду: «О мудрый вожак!Мы во всех испытаньях нам выпавшей долиПодчинялись твоим повеленьям и воле.Где летел ты — летели и мы за тобою,Лишь велел ты — мирились мы с долей любою.В час свиданья пришла к нам разлуки печаль,Что ни скажешь — готовы в любую мы даль!»3145 И ответил Удод им: «Не падайте духом,Не поддайтесь в отчаянье бедам-порухам.Раз уж мы с этим странствием впредь согласились,Значит, мы сто несчастий стерпеть согласились.В наших странствиях шах — всех мечтаний залог,Смысл и суть наших поисков — шахский чертог.И теперь мы уже у задуманной цели, —Знайте, цель ваша здесь, в недалеком пределе.Для того, в ком любовь — совершенству порукой,Безразлично равны единенье с разлукой.3150 Благосклонность кумира мечтанна ему,Все, что тот пожелает, — желанно ему.Если вам не найти в единении лада,Разве мысль о желанном сама — не награда?Жизнь и душу отдать с этой мыслью — поверьте —Значит — вечную жизнь обрести в этой смерти!»

ПРИТЧА

Некто встретил Меджнуна в степи, и при встречеТот твердил беспрестанно какие-то речи.«С кем же ты говоришь?» — молвил путник, горюя.Тот сказал: «Добрый странник, с Лейли говорю я».3155 «Далеко ль, — был вопрос, — до нее тебе бресть?» —«Эх, невежда, — тот молвил, — в душе она, здесь!А тому, кто в душе жив в любое мгновенье,Даже дальность дорог не приносит забвенья!»Кто в любви совершенством высоким отмечен,Для него образ избранный в памяти вечен.Раз уж вы о любви завели эту речь,То умейте из мук ее радость извлечь!

37 О ТОМ, КАК ПТИЦЫ, ПОСТИГНУВ ОТРЕШЕНИЕ, ДОСТИГАЮТ ЕДИНЕНИЯ С ВЕЧНОСТЬЮ

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока