Читаем География полностью

именно Пенелопу, то она нашла бы там еще больше женихов; ведь невероятно, чтобы поэт имел в виду женихов из всей Греции, но только тех, кто жил поблизости. Но эпитеты «богатый конскими пастбищами» и «гиппийский» он употребляет в общем смысле.

6. Относительно же выражений «Эллада», «эллины» и «панэллины» критики спорят. Ибо Фукидид[1302] утверждает, что Гомер нигде не говорит о варварах, «потому что эллины еще назывались общим именем, особым и противоположным имени варваров». И Аполлодор говорит, что только греки в Фессалии назывались эллинами:

... Мирмидонов и эллинов имя носящих(Ил. 11,684)

По его словам, тем не менее Гесиод и Архилох уже знали, что греки назывались не только эллинами, но и панэллинами, ибо Гесиод говорит о дочерях Прета, что панэллины сватались к ним, и Архилох говорит:

Как панэллинов несчастья над Фасосом собрались.(Фрг. 49. Гиллер)

Другие же возражают, утверждая, что поэт упоминает и варваров, так он говорит по крайней мере о карийцах, людях с варварской речью,[1303] и всех греках, как эллинах:

... о муже,Столь преисполнившем славой своей и Элладу и Аргос;(Од. I, 344)Если ж ты хочешь Аргос посетить и объехать Элладу.(Од. — XV, 80)

7. Итак, город аргивян[1304] расположен по большей части на равнине акрополем его является так называемая Лариса — сильно укрепленный холм со святилищем Зевса. Вблизи города протекает Инах, бурная горная река, имеющая истоки на Лиркее (гора поблизости от Кинурии в Аркадии).[1305] Относительно истоков, упоминаемых в мифологии, я уже сказал выше,[1306] что они являются измышлениями поэтов. Измышлением является и «безводный Аргос».

Боги же создали Аргос влагой обильным,[1307]

так как страна лежит в лощине, пересечена реками и в ней есть болота и озера, а город снабжен в изобилии водой из множества колодцев, уровень воды которых достигает поверхности. Так, критики находят причину ошибки в этом стихе:

Я отягченный стыдом отойду в polydípsion[1308] Аргос.(Ил. IV, 171)

Polydípsion употреблено или вместо polypóthēton,[1309] или же, опустив d, вместо polyīpsion[1310] в смысле polýphthoron, как у Софокла: -

И дом polyphthoron[1311] Пелопидов здесь;(Электра, 10)

ибо слова proīápsai, iápsai и ípsasthai обозначают что-то вроде гибели или пагубы.

Ныне испытывал он, и немедля погубит[1312] ахеян.(Ил. II, 143)Поблекла[1313] свежесть лица(Од. II, 376)Низринул[1314] в мрачный Аид.(Ил. I, Г)

Кроме того, Гомер не имеет в виду город Аргос (ведь Агамемнон не собирался туда возвратиться), но Пелопоннес, который, конечно, вовсе не является «томимой жаждой» страной. Между прочим, некоторые, сохраняя d, истолковывают слово polydipsion путем фигуры гипербата и как случай синалефы с союзом de, так что стих будет читаться так:

Я отягченный стыдом отойду в poly d'ipsion Аргос,

т. е. я отойду polyipsion Árgosde, где Árgosde стоит вместо eis' Argos.[1315]

8. Одна из рек, протекающих через Арголиду, — это Инах, но есть и другая река в Арголиде — Эрасин. Последний берет начало из Стимфалд в Аркадии, т. е. из озера, которое носит название Стимфальского; там, как рассказывают мифы, жили птицы, которых Геракл прогнал стрелами и бубном: и сами птицы называются стимфалидами. Говорят, что Эрасин скрывается под землей, а затем появляется на поверхности в Арголиде и орошает равнину. Эрасин называется также Арсином. Другая одноименная река течет из Аркадии к берегу около Буры; есть еще Эрасин эретрийский, а также в Аттике, около Браврона. Показывают также источник Амимону вблизи Лерны. Озеро Лерна, место действия мифического рассказа о Гидре, находится в Арголиде и в области Микен; от происшедших там очищений пошла поговорка: «Лерна бед». Таким образом, писатели согласны, что эта область богата водой; хотя самый город расположен в безводной местности, в нем много колодцев. Эти колодцы приписывают Данаидам, полагая, что те их открыли, отчего, говорят, и произошел стих:

Аргос безводный дщери Даная содеяли водообильным;(Гесиод, фрг. 24. Ржах)

писатели добавляют, что 4 колодца были объявлены священными и находились в особом почете, вводя, таким образом, представление об отсутствии воды там, где она в изобилии.

9. Основателем акрополя аргивян, по сказанию, был Данай, которого по-видимому, считали настолько выше его предшественников, царей этой страны, что, согласно Еврипиду:

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза