Читаем География полностью

8. Полагают, что у локров впервые вошли в употребление писаные законы. После того как они весьма долго жили при хорошем законодательстве, Дионисий,[836] изгнанный из страны сиракузян, обходился с ними самым беззаконным образом. Так, он проникал в спальни девушек, одетых уже в свадебный наряд, и спал с ними перед свадьбой. Затем он выпускал на пирах голубей с подрезанными крыльями и, собрав девушек брачного возраста, заставлял голыми бегать за ними; некоторым девушкам, обутым в разные сандалии (одну высокую, другую низкую), он также приказывал, бегая кругом, ловить голубей ради вящей непристойности.[837] Тем не менее Дионисий поплатился [за это] после своего возвращения в Сицилию, чтобы снова захватить власть. Действительно, локры перебили его сторожевой отряд, добились свободы и захватили его жену и детей. У него были две дочери и младший сын, уже юноша. Второй же сын, Аполлократ, вместе с отцом командовал войском при возвращении в Сицилию. Несмотря на то что и сам Дионисий, и тарантиицы настоятельно упрашивали локров отпустить пленников на каких-угодно условиях, локры не согласились. Они выдержали за это осаду и опустошение своей страны. С наибольшей яростью они излили свой гнев на дочерей Дионисия; ведь они сначала подвергли их насилию, затем задушили, а потом сожгли трупы и, истерев кости в порошок, выбросили в море. Эфор упоминает о писаных законах локров, которые Залевк составил из критских, лаконских и ареопагитских законов. Эфор сообщает, что Залевк одним из первых ввел следующее нововведение: в то время как прежние законодатели предоставляли судьям назначать наказание за каждое отдельное преступление, он определил меру наказания в самих законах, так как полагал, что приговоры судей в одних и тех же случаях не всегда одинаковы, хотя и должны быть одинаковыми. Эфор хвалит Залевка и за то, что тот установил более простые правила для заключения договоров. По его словам, фурийцы, которые впоследствии хотели превзойти локров в точности решений, получили, правда, большую известность, чем локры, но в нравственном отношении оказались ниже их. Ведь хорошими законами управляются не те, кто хочет в законах защитить себя от всевозможных ухищрений кляузников, но те, кто твердо придерживается просто сформлированных законов. Эту же мысль высказал Платон: у кого множество законов, у тех частые судебные процессы и испорченные нравы, подобно тому как гам, где много врачей, естественно, бывает и много болезней.[838]

9. Река Галек, отделяющая область Регия от Локриды, протекает через глубокое ущелье. Здесь обнаруживается одна особенность, касающаяся цикад:[839] цикады на локрийском берегу поют, а на другой стороне они безмолвны. Причиной этого явления считают то, что последние живут в столь тенистой области и так покрыты росой, что не в состоянии раскрыть свои перепонки, тогда как у цикад, обитающих на солнечной стороне, перепонки сухие и роговидные, поэтому они могут легко ими издавать звуки. В Локрах показывали статую кифареда Евнома с цикадой, сидящей на кифаре. По словам Тимея, Евном и Аристон из Регия некогда состязались на Пифийских играх и поспорили, кому бросать жребий.[840] Аристон просил дельфийцев содействовать ему, потому что его предки были посвящены богу[841] и отсюда была выведена колония.[842] Напротив, Евном утверждал, что регийцы вовсе не имеют права участвовать в певческих состязаниях, так как у них даже цикады, обладающие самым звучным голосом из всех существ, не поют. Тем не менее Аристон имел успех и надеялся на победу; победил, однако, Евном и посвятил богу в родном городе вышеупомянутую статую, так как во время состязания, когда одна струна лопнула, цикада вскочила на кифару и восполнила [недостающий] звук струны. Внутренней областью над этими городами владеют бреттии. Там есть город Мамертий и лес под названием Сила, где добывают наилучшую смолу — бреттийскую. Лес этот густой, богат влагой и простирается в длину на 700 стадий.