Выступление антигитлеровской оппозиции произошло 20 июля 1944 года. Корни военного заговора уходили глубоко в наследие покойных главнокомандующих веймарским рейхсвером Ганса фон Секта, Курта фон Гаммерштейн-Экворда, военного министра Вильгельма Гренера. В 1923-м Сект подавил «Пивной путч». В 1932-м Гренер пытался запретить нацистские боевые отряды. В 1938-м Гаммерштейн-Экворд, за связи с СДПГ и профсоюзами прозванный «красным бароном» (его дочь вообще состояла в компартии), подумывал о физическом устранении Гитлера.

«Линию Секта-Гренера-Гаммерштейна» наследовала в 1940-х годах военно-аристократическая группа во главе с отставным генералом Людвигом Беком. Во время чехословацкого кризиса 1938 года, в знак протеста против гитлеровского авантюризма, Бек оставил пост начальника генерального штаба, но сохранил в вермахте высокий авторитет. Не меньшим уважением пользовались такие отставники, как бывший начальник генштаба генерал Франц Гальдер, генерал танковых войск Эрих Гёпнер, бывший командующий западной группой войск фельдмаршал Георг фон Вицлебен. На них ориентировался ряд действующих военачальников. Идеологическим противником нацизма был глава хозяйственного управления вермахта генерал Георг Томас, тесно связанный с фрондирующими магнатами. Протестовал против эсэсовских экзекуций на востоке генерал Хеннинг фон Тресков. Решительно отвергал гитлеровские зверства начальник снабжения Резервной армии (своего рода внутренние войска) генерал Фридрих Ольбрихт. Участвовал в нелегальном спасении евреев генерал Ганс Остер. Начальник армейской разведки — абвера — адмирал Вильгельм Канарис готов был поддержать устранение одержимого фюрера.

Вне вермахта к заговору примыкали либо сочувствовали не менее влиятельные фигуры. Ужасался содеянному и стремился что-то исправить главный финансовый лоббист НСДАП Ялмар Шахт. Сменить Гитлера на канцлерском посту готовился консервативный монархист Карл Гёрделер, бывший бургомистр Лейпцига, консультант электротехнического магната Боша. В министры экономики Гёрделер прочил Пауля Лежен-Юнга — консервативного политика Веймарских времён, идеолога хозяйственной монополии государства (вообще-то мало отличавшейся от нацистской экономической модели). В заговор вступил и откомандовавший эйнзацгруппой Артур Небе, гарантировавший опору на аппарат уголовной полиции.

Эти люди в принципе сходились на консервативной оппозиционности нацизму, многие из них были монархистами. В картотеке Гейдриха такие проходили по разряду «реакционеров». Нацистов они ненавидели не только за катастрофический авантюризм и маниакальную тягу к убийству, но и за плебейское непризнание традиционной аристократии. Характерно, что фон Вицлебен с энтузиазмом отдался гитлеровской службе после 30 июня 1934 года, полагая, будто «Ночь длинных ножей» покончила с наглой чернью. Идеал будущей Германии они видели в авторитарной монархии.

Других взглядов придерживался полковник Клаус Шенк фон Штауффенберг, начальник штаба Резервной армии, с именем которого более всего связываются события, хотя руководил заговором не он, а генерал Бек. Его кумиром был граф Гельмут фон Мольтке, выходец из легендарного полководческого рода, представители которого когда-то наследовали друг другу во главе кайзеровского генштаба. Христианин, гуманист и демократ, Мольтке в качестве юриста абвера пытался смягчать участь «перемещённых лиц». В январе 1944 он был арестован. Этот удар подтолкнул Штауффенберга к большей решительности.

Полковник ориентировался влево и пытался максимально расширить политическую базу заговора. Через Штауффенберга установился контакт консерваторов с подпольными ячейками комитета «Свободная Германия», социал-демократами и коммунистами. В конце июня 1944-го близкий друг Штауффенберга профессор Адольф Рейхвейн встретился с коммунистом Антоном Зефковым. Возглавить будущее правительство Штауффенберг предлагал не Гёрделеру, а социал-демократическому подпольщику Юлиусу Леберу. Однако в начале июля эти контакты были оборваны — Рейхвейн, Зефков, Лебер попали в руки гестапо.

За честь

История 20 июля 1944 года достаточно известна и не нуждается в пересказе. Покушение на фюрера Штауффенберг предпринял на совещании в восточнопрусской ставке «Вольфшанце» («Волчье логово»). Но цепь случайностей — передвинутый портфель с бомбой, массивный дубовый стол, невысокий рост и согнутая поза объекта — спасла жизнь обречённому, как казалось, Гитлеру. Это напрочь сломало весь замысел.