Читаем Эмиль XIX века полностью

Чиновничество бичь современной Франціи. Въ странѣ гдѣ все сводится на погоню за мѣстами, убѣжденія не могутъ не быть дѣломъ разсчета и продажи. «Что приноситъ въ годъ на хорошій, на худой ли конецъ такая то политическая или религіозная ложь?» 10.000 франковъ. Въ такомъ случаѣ она несомнѣнная истина…. А сколько платится за такую то подлость? Вдвое болѣе. О коли такъ, это подвигъ мужества: я приношу себя въ жертву. Утверждаютъ что общественное мнѣніе самая вѣрная гарантія права и свободы. Да, у народа привыкшаго къ самоуправленію; но у другаго общественное мнѣніе бываютъ слугой деспотизма. Самое вѣрное средство поработить народъ, убить въ немъ чувство нравственнаго достоинства и гражданской независимости, подкупивъ его разными выгодами и отличіями къ поддержанію существующаго зла. Возраженіе, что чиновники составляютъ незначительное меньшинство въ государствѣ, не доказываетъ ничего; при этомъ забываютъ, что на одного чиновника получившаго мѣсто придется тысяча, которые добиваются этого мѣста и надѣются получить его когда нибудь. Рядомъ съ офиціальнымъ міромъ есть цѣлый міръ просителей, а позади ихъ толпа поклонниковъ всякаго успѣха. Не освободить людей безъ содѣйствія ихъ собственной воли. Развѣ можно требовать труда, усилій, великихъ жертвъ отъ этихъ людей, когда одни изъ нихъ одѣваются, кормятся, живутъ на счетъ правительства, а другіе жалѣютъ только объ одномъ, что не могутъ дѣлать того же. Изъ этого не слѣдуетъ чтобы государственная служба непремѣнно унижала тѣхъ, которые посвящаютъ себя ей или ищутъ ея? Я далекъ отъ этой мысли. Въ свободныхъ государствахъ, какъ напр. въ Америкѣ, гдѣ избраніе рѣшаетъ назначеніе кандидата, гдѣ люди занимаютъ мѣста на извѣстный и очень короткій срокъ, по истеченіи котораго эти мѣста снова переходятъ въ руки народа для того чтобы быть снова отданными избраннымъ, государственная служба напротивъ развиваетъ силу и благородство характера. Но я не имѣлъ въ виду демократическія общества, я говорю о тѣхъ, гдѣ назначенія на государственныя должности зависитъ отъ произвола и въ этихъ то обществахъ, говорю я, молодежь мельчаетъ въ погонѣ за мѣстами въ офиціальномъ мірѣ. Разсмотримъ чего требуетъ отъ молодежи такое государство какъ Франція. Ему нужны покорные умы, которые бы безпрекословно приняли административныя традиціи, гибкіе характеры, которые изогнувшись всѣ стороны стерли бы наконецъ съ себя малѣйшій оттѣнокъ собственной личности, умы нѣсколько образованные, но пошлые, которые съумѣли бы употреблять изученную рѣчь на то чтобы придать существующей системѣ видъ разумности. Право бываютъ минуты когда я нахожу, что народы совершенно несправедливо обвиняютъ своихъ деспотовъ въ своемъ порабощеніи. Какъ! масса народа отдала въ чужія руки заботу о своемъ управленіи, родители вмѣсто того чтобы дать сыновьямъ своимъ средство заработывать хлѣбъ, мечтаютъ для нихъ только о синекурѣ съ крупнымъ окладомъ; каждый наровитъ только сдѣлаться паразитомъ общественнаго тѣла, и хотятъ чтобы деспоты были на столько мудры (или глупы), чтобы не воспользоваться выгодами, которыя даютъ имъ? Безумцы! Они сами сдѣлались прахомъ и хотятъ чтобы, ихъ не попирали ногами!

Я сознаюсь, что для молодаго человѣка несравненно легче пристроить себя въ одно изъ безчисленныхъ вновь учреждаемыхъ мѣстъ, чѣмъ самому пробить себѣ дорогу въ обществѣ своими способностями и заслугами. Вотъ примѣта, по которой можно сразу узнать націи, привыкшія жить подъ опекой правительства. Въ нихъ замѣчается совершенное отсутствіе духа предпріятій, иниціативы" промышленность, земледѣліе и торговля плетутся кое какъ избитой колеей, капиталы скрываются и промышленныя предпріятія, которымъ правительство отказываетъ въ своемъ покровительствѣ, едва могутъ, какъ говорится, держаться на ногахъ. Люда науки и профессій ползаютъ около власти и подстерегаютъ каждый случай занять мѣстечко на пиру офиціальнаго міра. Литература и искуства мельчаютъ подъ губительнымъ вліяніемъ и приходятъ въ упадокъ вмѣстѣ съ общественной жизнью, сдавленной рукой деспотизма. Потребность кормиться за счетъ государства размножаетъ день ото дня породу льстецовъ и паразитовъ.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное