Я помню дворик, в котором прошло наше детство. Там росли низенькие жёлтые акации с тонкими, гладкими и шелушащимися, как луковица, стволами. В их оголённых расщелинах мухи откладывали свои яйца. Россыпь бледно-коричневых и белых пупырышек, наполненных невесть чем. Проткнуть их мы не решались, только замечали, как тугие и лоснящиеся шарики превращались со временем в сморщенные, полуспущенные мячики.

Помню, мы всегда кружились вокруг них, ухватившись за тонкий ствол акаций. Весной в их сочных жёлтых цветках был сладкий сок, который мы высасывали. Летом делали свистульки, осторожно вскрыв зелёные стручки и очистив их от гладеньких, бочок к бочку спящих там горошинок.

Осенью стручки лопались, и на земле можно было потом собирать разноцветные горошинки, в крапинках и разводах самых разных оттенков. Помню, как я напрасно пыталась найти хотя бы две одинаковые среди них. Множество горошинок, и все такие разные. Чудо.

Чаепитие

«Девчата, пошлите чай пить!» – знакомая с детства фраза.

Кто не любил пить чай после обеда в летней кухне? Когда до встречи коров с пастбища было ещё далеко, и никто никуда не торопился, оставалось ещё время для неторопливой беседы за столом, устланным цветной клеёнкой.

На кухне у нас стоял круглый стол. Надо было всегда осторожно опираться на его крышку, потому что она могла соскочить с ножек и опрокинуть всю посуду. А ещё в одном месте красно-коричневых досок была ямка, как будто выжженная.

Полупрозрачные кристаллики сахарного песка дремлют в фарфоровой сахарнице. Сливочное масло, как жёлтый колобок, вспоминает на тарелке все свои прошлые воплощения от молока до маслобойки. А белая густая сметана сладко спит в своей чаше. В таких же чашечках – кесешках – сливовое повидло, которое продают в больших жестяных банках. Или свежесваренное варенье из земляники, смородины или ранеток. Ранетки и смородина росли в лесопосадках вдоль железной дороги. Землянику собирали в степи. Душистые ягоды её прятались в траве среди молодого степного ковыля, который не успел ещё распушиться. Наполнялись вёдра до краёв. Ягоды были небольшие, все разного калибра, но очень сладкие и ароматные. Пахли они немного полынью, немного зелёным соком и ещё своим особым кисло- сладким вкусом. Но это уже другой рассказ, что-то опять я отвлеклась.

Деловито шипит на столе блестящий алюминиевый чайник. Вот уже шипение смолкает, и из-под крышки с черным пластмассовым бубончиком выходит пар, разлетаясь с силой во все стороны. Кипит. Пёстрый шнур чайника похож на тоненькую чёрно-белую змейку.

Теперь готовим заварку. Достаём маленький бумажный кубик с индийским чаем. Жёлтая этикетка с чёрным силуэтом слоника. Чай индийский, сорт высший. Только такой чай самый вкусный. Высыпаем горсть мелких чёрных чёрточек в эмалированный маленький чайничек. Наливаем свежую вскипячённую воду. Доводим до булькания на тихом огне. Синие язычки газового пламени похожи на лепестки волшебного огненного цветка. Покрутить в сторону регулятор на плите – и цветок мгновенно расправляется, оживает, облизывая дно чайника своими длинными, голубыми, с жёлто-оранжевыми по краям язычками.

Долго держать заварку на огне не нужно. Как только закипел, ставим чайничек на железную подставку или плетёный коврик.

Теперь кипятим молоко. Ведь особенно вкусен свежий чай с только что вскипяченным молоком. Снова пылает огненный синий цветок конфорки, скромно сложив лепестки, словно точки. Чтобы не сбежало молоко. Оно так и норовит обмануть тебя и подняться незаметно за края кастрюльки, вспенившись от жара.

Плёнку лучше отложить сразу в другую посуду. Дети обычно не любили, когда им в чае попадалась плёнка от молока. И-и-и! – брезгливо вылавливали они плавающую в коричневом озере чайной чашки белую шкурку из скрученных молочных нитей и отдавали бабушке. Она любила молочные плёнки.

Ну вот, наконец и готово всё для чаепития. В тонкие кесешки-пиалки плескает баба из заварника густой красный чай, ухватившись за горячую ручку его полотенцем. Особой деревянной ложкой добавляет туда же кипячёного молока. Белое с красным рождает коричневый. Теперь добавить кипятка. Не до краёв, а на две трети пиалки. Так приходится чаще наливать, но, может, в этом как раз и есть особенность чаепития. Когда ты протягиваешь очередную пустую кесешечку, и некоторое ожидание спустя тебе возвращают её, наполненную душистым, горячим, свежезаваренным чаем.

Пошлите пить чай. И время пройдёт незаметно в беседе. И одна за другой будут наполняться пиалки. И не иссякнет доброта людей, наполняющая чашу твою. И не иссякнет доброта твоя, наполняющая чаши сердец ближних твоих.

Речка

Когда идёшь из школы, приближаясь к мосту, интересно спуститься с дороги вниз, под мост. Там тихо и не спеша течёт небольшая река, имя её – Ашысу, что с казахского переводится как «горькая вода».