Читаем Дороги детства полностью

Аягуз – это ещё родная земля, место, знакомое с детства. И одновременно рубеж, за которым Родина заканчивается и начинается неизвестность. Что там, вдали? До свидания, Уш-биик, я скоро вернусь! Вагон плацкартный, полный людей, смотрящий с ленивым любопытством на новоприбывших. Пассажиры, которые давно уже в пути, заметны сразу. Они как бы уже освоенные и спят себе спокойно на полках или доверительно разговаривают с сосе-


дями по купе. У них было время познакомиться, они не в растрепанных чувствах, как я. Маму жаль. Лариску жаль, Юлю, Бабу, Папу, Робика, Тарзана, наших кошек, коров… наш дом. Всех… всех почему-то жаль. Бабу Эрну, Деда, тётю Надю, дядю Серёжу, тётю Лиду, всех-всех. Что это за чувство такое? Эх. Простите все меня. Я уезжаю.

Здесь плацкартный вагон, и тут место свободное нашлось, всё будет хорошо… Всё-бу-дет-хо-ро-шо. Всё-бу-дет-хо-ро- шо. Поезд ловко подхватывает мысли-строчки, весело и уверенно отстукивая их колёсами в рифмы. За окном – ближние холмы, гора Ахметка с радиовышкой, голубые сопки вдали, окутанные лёгкой дымкой. Поезд мчит меня туда, в голубую эту даль. В-го-лу-бу-ю-э-ту-даль. В-го-лу-бу-ю-э-ту-даль…

Свет детства

Нам никогда не вернуться в наше детство, потому что мы никогда не покидали его. В глубине души каждый из нас остался ребенком. Мы меняемся внешне, рожаем детей, строим свои дома, ходим на работу. И детство тут, рядом с нами. Оно есть в нас всегда. Живёт в наших сердцах. Надо только заглянуть в себя и вспомнить.

И каждый раз, когда мы встречаемся с друзьями детства за накрытым в уютной кухоньке столом, наше детство согревает нас своим теплым светом. Оно всегда здесь, рядом с нами. Потому что детство и есть мы. Потому что это тепло в нас. Это мы излучаем тепло. Потому что мы живем и любим… И все прожитые годы вовсе не сделали нас старыми по-настоящему. Даже если на лице морщины, внутри мы всё равно остались детьми.

Есть еще воспоминания. Они добрые и светлые. Было ведь всякое. Не бывает так, чтобы всегда весело. Были и грустные моменты, и несчастные случаи, и горе, и слёзы. Все было. Это была жизнь. Как у всех. И у каждого своя, неповторимая судьба.

Ведь жизнь каждого – целая книга. Человек – это целый мир. Вселенная. Пойди пойми его. Все такие разные. Как горошинки в стручках, как песчинки – не найдешь одинаковых. Так было и так будет всегда.

Не бойся потерять своё детство, не бойся потерять себя.

Ведь ты был, есть и будешь всегда.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное