Читаем До неба трава (СИ) полностью

  Молчан слегка улыбнулся и, кивнув головой, сел за стол. Стол у тёти Поли был большой, и стоял он посередине горницы, поскольку Аполлинария Агеевна была старостой поселения, и ей частенько приходилось принимать за этим столом односельчан. За ним решались судьбы отдельных людей и всего поселения, принимались важные решения и строились планы на будущее. Молчан тихо сел и, придвинув лавку к столу, положил руки на скатерть. Сосредоточенно-внимательные его глаза наблюдали за тем, как девушка хлопочет, выставляя на стол большую тарелку со щами, режет курник и отламывает большую краюху белого хлеба. Свитка не раз замечала, как меняется взгляд этих серых и задумчивых, но смелых и решительных глаз при виде её хлопот и по-юношески суетливых движений. В такие мгновения взор Молчана затуманивался, и его лоб покрывался множеством морщин, но воспоминания вновь обходили его стороной. Свитка подала парню большую резную ложку и принялась наливать в кружку холодного молока из глиняной крынки. Металл её браслета мелодично звякнул, соприкоснувшись с глиняным боком кружки, и внезапно девушка почувствовала, как большие и сильные пальцы парня мягко и бережно взяли её за запястье. Свитка осторожно поставила на стол кружку и с удивлением стала наблюдать, как Молчан, медленно поворачивая кисть девичьей руки, внимательно рассматривает её. Он глядел на изгиб тоненькой ручки, на блеск металла в свете лучины, любовался, как скользит тонкий стебель меди по запястью девушки. Молчан вспоминал. Вспоминал мучительно и натужно. Свитка видела и чувствовала, как отчаянно жаждет парень вспомнить нечто особенно важное, что никак не может он вспомнить с того самого дня, что живёт в избе у старосты. Но и в этот раз воспоминания обошли стороной Молчана. Он с грустью отпустил руку Свиты и принялся за еду, уже не обращая внимания на девушку. Рыженькая хозяюшка постояла немного в нерешительности и подсела к Молчану.

  - Молчан. Ты вспомнишь, обязательно вспомнишь. - Она осторожно погладила руку парня: - У тебя была девушка, правда? С таким же браслетом?

  Молчан продолжал уплетать щи, глядя в тарелку.

  - А сам ты из-за Закрова? Ведь правда же, из-за Закрова? - девушка сделала новую попытку: - Ты по оборотному пути приехал? Вспомни, Молчан, по большой и широкой дороге?

  Молчан оторвался от еды и перевёл взгляд на девушку. Некоторое время он смотрел ей в глаза, как в окна дома, выходящего в пустоту, а затем вновь принялся за еду.

  Свита приготовила было уже новое наступление на память молодого человека, но в это время дверь открылась и в горницу вошла тётка Полина. Она прошла в дальний угол и положила там принесённый с собой мешок, в котором что-то мягко шуршало.

  - Молчан, - голос старосты был усталым и тихим. - Я молвила тебе уже, - не таскай ягод с леса. И семян тоже не носи. Те красные, что ты ныне притащил, годны только волчар травить, да лис отпугивать. И вообще, не шлындай ты по лесу, не тормоши округу. Оноч же, да и никакой соли не напасёшься.

  Молчан доел щи и принялся за пирог, запивая его молоком.

  - Посиди хотя бы завтра дома. Ну, хоть полдня. - Староста вытащила из мешка большой беловатый корень и положила его подле печи. - Двуглав после обеда уедет, тогда и поди на все четыре стороны.

  Тётка замотала полегчавший мешок и убрала его, всё ещё отчего-то шелестящий, за печь. Затем подошла к столу и, уперев руки в боки, уставила свой взор прямиком на жующего Молчана:

   - Молчан, молви ныне же, что не ступишь со двора до обеда. - Её дотоле утомлённый делами и беготнёй голос обрёл силу и власть: - Молви, иначе не сойду с места. Мне уже двух пропавших баб предостаточно...

  Парень неспешно дожевал свой кусок и поднял глаза на хозяйку.

  - Не пойду, - мягким и сильным голосом произнёс он. - Лапоть изодрался. Починять стану.

  - Ну и ладно, - тётка удовлетворённо улыбнулась, - Свитка подаст, что потребуется.

  Она скинула плат и вышла во двор умываться. Молчан допил молоко и тоже поднялся.

  - Благодарю, Свита. - Он отодвинул лавочку и поднялся из-за стола. - Вкусный у тебя курник.

  Девушка тщетно хотела поймать его взгляд, но Молчан прошёл до двери, не взглянув на неё, и, только взявшись за ручку, вдруг остановился и обернулся к ней. Он, не говоря ни слова, вновь и вновь смотрел на Свиткины руки и воскресал в памяти одному ему лишь ведомое. Впрочем, даже эта последняя попытка рухнула, не поддавшись напору мыслей, после чего парень, толкнув дверь, неспешно вышел в сени.