Читаем Дитя Дэона полностью

Ледяной холод окружил со всех сторон, остужая разгоряченную Ширри. Она раскинула руки и ноги, отдаваясь вся без остатка темному густому потоку, охотно ее поглощающему. Внутри гулко билось сердце, она чувствовала, как радостно и легко оно пульсирует у нее в груди, в венах, в капиллярах на самых подушечках пальцев…

Кто-то схватил за руку и с силой потянул ее вверх. Вынырнув, она закашлялась и даже не заметила, что продолжает улыбаться, несмотря на дрожащие посиневшие губы.

— Порядок? — обеспокоенно спросил он. Видимо, Ширри пробыла в воде дольше, чем он ожидал.

— Не то слово.

И вдруг, испытав порыв, Ширри с силой брызнула в дэонца водой. Пустив голубоватые потоки энергии по краю бассейна, Ширри с озорством вгляделась в бледные, острые из-за приглушенного холодного света черты лица Сильверра. Он зажмурил глаза. Струйки студеной воды стекали по волосам на скулы, крепкую шею, обнаженный торс, увитый серебряными обручами.

Она коротко хихикнула и откинулась на спину, уплывая в центр бассейна. Он был широким и глубоким — одним из самых крупных, что попадались девушки за все годы ее странствования.

— Как тебе догонялки? — весело спросила она.

— Освежающие, — коротко отозвался дэонец, и Ширри залилась смехом.

Она не знала, почему в последнее время так много смеется. Может ей просто этого не хватало, а может за долгие месяцы тяжелых испытаний накопленное напряжение, усталость и злость наконец смогли найти мирный, гармоничный выход.

Смеясь, Ширри ощущала себя счастливой, освобожденной. Живой.

«Главное, чтобы Сильверр не узнал, кто я», — вдруг мелькнуло в голове. На миг ее передернуло, она забарахталась, уходя под воду с головой. Но то было лишь мгновение. Она судорожно отмела эту мысль и вынырнула из-под воды, жизнерадостно улыбаясь дэонцу. Он здесь, он не убегает, не исчезает в стене из камня. Он не бросит ее. Даже если узнает, каких она кровей. Ведь теперь они вместе.

Они не одни.

— Ты давно не смеялась, — как-то тихо произнес Сильверр, и Ширри едва услышала его, находясь ушами в воде.

Она подплыла к краю и забралась на камень в двух шагах от дэонца. С ее одежды стекала вода, оставляя следы на сухом камне и песке. Плащ отяжелел за спиной, и девушка, подцепив перламутровую пуговицу, сняла его и принялась выжимать в бассейн.

— На самом деле я часто смеялась, — отозвалась она. Ко лбу прилипли мокрые волосы, штаны облепила ноги и колени. — И сейчас нередко смеюсь.

— Из-за друга?

По пещере прошелся рокот. Каменные своды тряхнуло. Вода в бассейне жадно хлюпнула — стеной вздыбилась и окатила сидящих на берегу, утягивая в свою бездну. Ширри упала в воду, захлебываясь. Вокруг ничего не было видно, но зато даже под водой она слышала страшный лязг и треск крошащихся пород.

«Нам необходимо немедленно добраться до памятьтеки!!! Немедленно, Ширри, слышите?!» — взывал Фип, поддерживая девушку энергетическими потоками.

Не зная, каким чудом, руки ухватились за скользкий выступ. Рывок, и Ширри выползла на трясущуюся землю и подтянулась вперед. И вовремя — позади, прямо в бассейн, рухнул потолок пещеры, дробя и перемалывая под собой все, что еще пару минут назад было прекрасным и умиротворенным местом…

Ширри позвала Сильверра. Ноги ее тащили к выходу из остатков пещеры. Каменная пыль поднялась в воздух и зависла густой пеленой.

Ширри протянула синие нити по воздуху, заставляя пыль осесть. Ее энергия соприкоснулась с энергией планеты — и Ширри онемела от ужаса: Дэон был в агонии. Землетрясение, погрузившее милую пещеру в руины, охватило все слои планеты, встряхивая их как камни в ладошках.

Дэон вопил. Каждый камень кричал от боли. Каждая руда лила горькие слезы. Каждый клочок земли выл от безысходного ужаса.

Впереди показалась рука дэонца. Ширри рывком оказалась около него и потащила из каменного завала. Используя кольца на обеих руках, она развела породы в стороны и помогла Сильверру подняться. Он не задавал вопросов, и она потащила его вперед, подбадриваемая и направляемая Фиппом.

Спустя несколько часов Дэон смолк. Первый и второй круг невозможно было узнать — от них остались лишь базальтовые осколки, вваленные с поверхности песчаные барханы и зияющие пасти пустот. Ужасы поверхности, соприкоснувшись с жестокостью подземной цивилизации, породили новые смертельные, безумные аномалии. Горящие камни, песчаные бесконечные вихри, блуждающие ядовитые туманы, солнечные сферы, испепеляющие одним прикосновением…

Первый и второй круг Дэона стал аномальной зоной. Безжизненной территорией ненасытной стихии, пожирающей все на своем пути. Первый и второй круг навсегда погрузились в хаос. От них не осталось никаких воспоминаний, кроме тех, что хранились у двух единственных выживших Дэона.

И они шли. Шли, молча глотая слезы. Оплакивая мир, который хранили в своем сердце и который больше не существовал.

Безмолвие, наступившее после оглушительного треска костей планеты, было больнее и страшнее самого безумного крика и вопля. Но Фип приказал молчать. И Ширри молчала. А вместе с ней молчал и Сильверр.