Читаем Дьявол в бархате полностью

Лицо Дюрока, который только теперь осознал безысходность своего положения, перекосилось от ужаса. Фэнтон резко поднял левую руку, высвободив шпагу Дюрока, и с силой крутанул кистью правой. Шпага Дюрока вырвалась из его пальцев, взлетела в воздух и, ярко сверкнув в лунном свете, исчезла за стеной.

– Там Дьявол в бархате, сэр! – послышался голос внизу; казалось, говоривший стоял всего в паре шагов от них. – Ха! Гляньте, какой он фокус провернул!

– Узник, бросайте шпагу и сдавайтесь! – рявкнул кто-то из гвардейцев.

Отовсюду доносился торопливый топот; под стенами, злобно шипя и потрескивая, заплясали огни факелов.

Фэнтон приготовился нанести последний удар. Он заглянул в насмерть перепуганные глаза Дюрока, знаменитого во всей Европе дуэлянта и забияки… И не смог. Ему никогда не хватило бы духу убить безоружного человека. Уловив странную перемену в лице противника, Дюрок не стал терять времени даром и со всех ног бросился прочь. Сжимая эфес дрожащими пальцами, Фэнтон убрал окровавленный клинок в ножны и развернулся, чтобы побежать к Мэг. Но та стояла всего в четырех футах от него, схватившись одной рукой за парапет.

– Давай! – просипел он с трудом: в горле совсем пересохло. – Прыгай!

На этот раз Мэг не стала медлить. Не дожидаясь помощи от него, она вскочила на парапет и бросилась вниз. Мгновение спустя Фэнтон услышал всплеск.

Тут же из камеры донеслось громыхание отодвигаемых засовов. Распахнулась вторая дверь, та, что выходила на винтовую лестницу. Фэнтон, не медля ни секунды, подскочил к двери, ведшей к стене, захлопнул ее и закрыл на оба засова.

– Может, пальнуть по нему из мушкетов? – донеслось снизу. – Их уже притащили из Средней башни!

– Само собой! Построиться вдоль дорожки! Вот так. Открывайте огонь, едва он… Узник! Сдавайтесь, иначе вам конец!

– Это мы еще посмотрим! – хрипло рявкнул Фэнтон.

Внизу под ним волновалось море факелов. В их свете одинокая фигура, маячившая на стене, выглядела отличной мишенью. Два гвардейских офицера в съехавших набок париках бежали со шпагами наперевес к башне Святого Томаса.

На счету была каждая секунда.

Фэнтон схватился за край парапета, подтянулся и прыгнул. Внизу раздался выстрел, больше похожий на взрыв, и в парапет влетела тяжелая круглая пуля, выпущенная чьей-то дрогнувшей рукой.

Но Фэнтон уже вошел в воду. К несчастью, он забыл, что причал расположен слишком близко к стене, и лишь чудом не врезался в него. Он зацепился ногой за край платформы, оторвал задник у туфли и больно поранил лодыжку. Воды, казавшиеся ледяными, сомкнулись над его головой, затягивая в черную бездну. Несколько мгновений Фэнтон ничего не соображал от шока, а потом принялся энергично работать руками. Вынырнув под причалом, он не справился с белым от пены потоком и налетел плечом на подпорку. Превозмогая боль, Фэнтон поплыл вперед, ловко огибая преграды и скопления нечистот. Прилив еще только начался, но река вела себя совершенно непредсказуемо – Фэнтон думал, что будет легче.

Не без труда избавившись от туфель, он вынырнул из-под причала и, рассекая водную гладь, посеребренную луной, удивительно быстро поплыл к двум зеленым огонькам. Впереди мелькнула белая сорочка Мэг, и сердце Фэнтона затрепетало от радости.

– Ныряй! – крикнул он так громко, как только мог. – Ныряй!

И, сделав глубокий вдох, нырнул сам. Мягко подталкиваемый течением, Фэнтон плыл и плыл, покуда хватало воздуха в легких. Затем вынырнул, мотнул головой, чтобы откинуть со лба прилипшие волосы, и бросил взгляд на Тауэр.

Мушкетов не было слышно. Но по причалу, там, где стояли орудия, двигались огоньки, – это пушкари подожгли шнуры, намотанные на руку.

Фэнтон повернул голову.

Впереди, уже совсем недалеко, во всем своем великолепии высился «Принц Руперт», боевой корабль его величества. Фонари, висевшие на снастях и реях, освещали орудия на верхней батарейной палубе и на полуюте. На грот-мачте реял королевский штандарт.

На полуюте стоял статный мужчина в парике. Одна его рука покоилась на перилах, в другой он держал рупор. Мужчина поднес рупор к губам.

– Откроете огонь по королевскому судну? – прогрохотал над рекой мощный раскатистый голос. – Мастер-стрелок! Если запалят хоть один фитиль, угостите их двенадцатым калибром!

«Принц Руперт» ожил. С палубы донеслись крики и топот босых ног. Веревочная лестница с деревянными перекладинами, которые стучали, ударяясь о борт, спустилась почти до самой воды.

Огоньки на причале разом погасли. Не прошло и полминуты, как рядом с кораблем вынырнула Мэг и начала медленно подниматься по лестнице. Длинная сорочка и нижнее белье, плотно облегавшие тело, стесняли ее движения. С трудом переставляя ноги, Мэг наконец забралась достаточно высоко, чтобы юнга, смотревший во все глаза, смог протянуть руку и затащить ее на палубу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Настроение читать

Моя блестящая карьера
Моя блестящая карьера

Майлз Франклин (1879–1954) – известная писательница, классик австралийской литературы – опубликовала свою первую книгу в двадцать лет. Автобиографический роман «Моя блестящая карьера» произвел настоящий фурор в обществе и остался лучшим произведением Франклин (его известность в Австралии можно сравнить с популярностью «Маленьких женщин» Л. М. Олкотт). Главная героиня этой страстной, дерзкой и забавной книги живет на скотоводческой ферме и мечтает о музыкальной карьере. Она ощущает в себе талант и способность покорять миллионы восторженных сердец, но вместо этого ей приходится доить коров и пасти овец на сорокаградусной жаре. Сибилла яростно сопротивляется уготованной судьбе, однако раз за разом проигрывает поединок с законами и устоями общества. И даже первая влюбленность, кажется, приносит Сибилле одни страдания…Впервые на русском!

Майлз Франклин

Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХIX века
Дьявол в бархате
Дьявол в бархате

Золотой век детектива оставил немало звездных имен – А. Кристи, Г. К. Честертон, Г. Митчелл и др. В этой яркой плеяде Джон Диксон Карр (1906–1977) занимает самое почетное место. Убийство «в запертой комнате», где нет места бешеным погоням и перестрелкам, а круг подозреваемых максимально ограничен, – излюбленный прием автора. Карр вовлекает читателя в сети ловко расставленных ловушек, обманных ходов и тонких намеков и предлагает принять участие в решении хитроумной головоломки. «Дьявол в бархате» (1951), признанный одним из лучших романов Карра, открывает новые грани в творчестве писателя и далеко выходит за рамки классического детектива. Захватывающее путешествие во времени, сделка с дьяволом и романтическая любовная история сочетаются с расследованием загадочного преступления, которое произошло несколько веков назад, в эпоху поздней Реставрации. Для самых пытливых читателей, которым захочется глубже проникнуть в суматошную эпоху английского короля Карла Второго, автор добавил в конце книги несколько комментариев относительно самых ярких и живописных подробностей того времени.Роман публикуется в новом переводе.

Джон Диксон Карр

Детективы / Исторический детектив / Классический детектив
Голубой замок
Голубой замок

Канадская писательница Люси Мод Монтгомери (1874–1942) известна во всем мире как автор книг о девочке Анне из Зеленых Мезонинов. «Голубой замок» – первый и самый популярный роман Монтгомери для взрослого читателя, вдохновляющая история любви и преображения «безнадежной старой девы» Валенсии Стирлинг, ведущей скучное существование в окружении надоедливой родни. В двадцать девять лет Валенсия узнает, что жить ей осталось не больше года, и принимает решение вырваться из плена однообразных будней навстречу неведомой судьбе. Вскоре она понимает, что волшебный Голубой замок, о котором она так часто мечтала, оставаясь в одиночестве, существует на самом деле…«Этот роман казался мне убежищем от забот и тревог реального мира», – писала Монтгомери в дневнике. «Убежищем» он стал и для многочисленных благодарных читателей: за последний век «Голубой замок» выдержал множество переизданий у себя на родине и был переведен на все основные языки.Впервые на русском!

Люси Мод Монтгомери

Исторические любовные романы
Странница. Преграда
Странница. Преграда

В настоящее издание вошли два романа Сидони-Габриэль Колетт о Рене Нери – «Странница» и «Преграда». Эта дилогия является художественным отражением биографии самой Колетт, личность которой стала ярким символом «прекрасной эпохи», а жизнь – воплощением стремления к свободе. Искренность, тонкий психологизм, красота слога и реализм, достойный Бальзака и Мопассана, сделали Колетт классиком французской словесности.Рене Нери танцует в мюзик-холле, приковывая взгляды искушенной парижской публики. Совсем недавно она была добропорядочной замужней дамой, женой успешного салонного художника. Не желая терпеть унижения и постоянные измены мужа, она ушла искать собственный путь и средства к существованию. Развод в глазах ее прежнего буржуазного круга уже более чем скандальная выходка. Но танцы на сцене в полуобнаженном виде – безоговорочное падение на самое дно. Но для самой Рене ее новая жизнь, несмотря на все трудности и усталость, – свободный полет. Встречая новую любовь, она страшится лишь одного – утратить свою независимость. И в то же время чувствует, что настоящая любовь и есть истинная свобода.

Сидони-Габриель Колетт

Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХX века
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже