Читаем Девушка с Довеском полностью

Его злило, как без осуждения и запросто она принимала его привольный стиль жизни и не провоцировала его подружек. Гордо вела себя очень подобающе своему положению. Рада была, что живет с определенными лишениями. Такая непорочность подзадоривала приударить по-серьезному, но все тщетно – Рихард ходил вокруг нее и облизывался. Макс полностью доверял Соль, и это бесило Рихарда. Тогда он стал периодически отправлять на братскую почту фотографии Марисоль с одной неизменной строчкой: «Сиди спокойно, она в надежных руках». Первые несколько снимков Макс пропустил мимо, но постепенно смеющееся личико и напрочь засевшая надпись стали проедать в мыслях сомнения. Недавно Рихард забыл фотографию с подписью на столе, и Марисоль не своя влетела к нему в спальню и вытолкала застывшую от удивления гостью, которая успела подумать, что пришла жена и надо смотать поздорову. Это был единственный раз, когда Рихард видел ее в гневе, и он окончательно потерял голову, но сердце не обманешь: он ее не любит, и этим все сказано. Как она поет, как пританцовывает, а надо – и бой-баба, и пригожа, и выступает будто пава, но и Максимилиан тоже заблуждается, и он ее по-настоящему не любит, так чтобы до самого конца одна на века. Разгорелось сердце огнем божественной искры, и Соль с усилием поддерживает очаг любви, успокаивая себя убеждением, что многие женятся по принципу стерпится – слюбится и отшлифуются все неровности – придет день, и благодатный огонь опалит сердца и благословит союз, и станут одной плотью. Нет, так она тоже никого не любит, но очень старается и призывает Ангелов в свидетели ее чаяния. Более всего пока любит Отца Небесного, это ей необходимо, и это есть философия жизни – призвать имя святое на свершение любого из деяний.

Время прошло, и Рихард снова сорвался со слова, которое дал себе, и, подобрав вполне подходящую кандидатуру с философскими воззрениями, он подослал к Соль, чтобы раскрепостить зажатую Ле Солей французским изяществом и уловками обольщения в виде развлечения. Эффект получился диаметрально противоположный: сокровенная Мария-Соль достучалась до Ванессы, правой руки Рихарда, говоря, что не здоровые, а больные нуждаются в лекаре, надо распознать свою болезнь и искренне пожелать излечиться, и ради ребенка Ванесса сможет оставить свое прошлое. Ванесса чуть не подала на увольнение, а Мария-Соль продолжала проповедь – прообраз (подражание) женщины – пренепорочная Богоматерь Единого Безгрешного Спаса нашего, долготерпеливая, многомилостивая и всепрощающая. Что бы и когда она ни говорила, она никогда не придумывала – последовательность и четкое течение мыслей были свидетелями огромной веры через познания Писания. В двадцать четыре года она не познала мужчину и была девственно невинной. Габриэла, узнав эту маленькую тайну, обсмеяла братьев, а Ванесса-Даниела сказала: и это тебе во благо. Ответ Рихарда на выпадки сестры – «Ты тоже не мужик, если девочка вас не хочет» – был жестким. Он съязвил: «Однажды по сюжету английского детектива, потратив лучшие годы, ты приготовишь отменный последний ужин своему мужу (отравишь)». Ванесса стала захаживать к Марисоль и чуть не прослезилась, узнав историю ее брата.

В тринадцать лет Стив пережил трагедию потери. Погиб идол, на которого во всем стремился походить молодой австрийский гонщик, подававший большие надежды по оценке Андреаса Николауса Лауда, – человек Божий с большой буквы Айртон Сенна[1].

Стив был очевидцем повторного смертного случая – трехкратного чемпиона в Сан-Марино – и после удара впал в спутанное сознание и повторял: «Надо остановить гонку, он умер, они знают правду, прекратите гонку, Айртон просит, это не гладиаторские бои, это просто спорт…» Медикаментозно его вывели из данного состояния, но доверия к миру не восстановили. Для него Айртон умер при столкновении. Стив отгородился от людей, начал осваивать бездушные коды, чтобы подчинить и создать мир по другим правилам. Веру родителей, что все, что ни делается, все к лучшему, переняла только Марисоль, которая упражнялась, как «Сисси» Елизавета Баварская, конными прогулками, или кормила оленей в заповеднике и даже занималась альпинизмом, или просто каталась на фуникулере – канатке над величественной горой Пфандер над Боденским озером, соединявшим три страны. Зимой семья вместе каталась на лыжах, а летом дружно совершала заплывы и этим чем-то была похожа на семейство Вансайдов. Так продолжалось до совершеннолетия Соль, затем родители уехали за океан, и видела она их только дважды, и оба раза на Рождество.

Габриэла невзлюбила всех представительниц прекрасного пола, после того как по результатам кастинга ей досталась роль сестры Елены, а будущую императрицу Австро-Венгрии – Сисси – отдали милашке, которая во всем превосходила Габи – певучий голос павы и легкость в седле, да обожженные солнцем волосы светились или после дождя завивались. Связи Вансайдов были бессильны, и юношеская чемпионка по човган поло пришла к финишу кастинга лишь второй и отказалась быть сестрой Еленой с гордо поднятым носом.