Читаем Девушка с Довеском полностью

С малых лет он преуспел и окружил себя женским вниманием. Даже используя сестру, он соблазнял различных симпатичных девочек, предпочитал не быть первооткрывателем, чтобы избежать истерик и упреков при расставании, самолюбие подсказывало более проверенный путь завлечения. Сестра и подыгрывала и избавлялась от надоевших сверстниц. Расписав все его достоинства, будила интерес к нему и сама же подсказывала, как его загасить. Его познания женщин воплотились в Dolche Vita – так он назвал свое детище, модельное агентство. И на месте вековой типографии новостного еженедельника со столетней историей при согласии двух других пайщиков после смерти в аварии старших Вансайдов свету предстал очередной журнал для женщин. И тут пагубная страсть овладела им окончательно. С новой силой дорвавшийся до свободных необремененных семьей девушек, молодой повеса почти растратился на искусных обольстительниц. Имя Вансайд такое манящее и звучащее, а он нередко и привирал, что единственный потомок старинного рода, и если нужно было пробить на жалость, то признавался, что он не воспроизводимоспособен, в общем ничего святого – так называется это у набожных людей – для него не было. Сестра, еще учась на политолога в столице, на одной из встреч своим происхождением заинтересовала одного политика, поняла, что он для ее амбиций подходит, и теперь всерьез занялась карьерой мужа, который более чем на два десятка был старше своей амбициозной жены красавицы. Она могла бы сказать, что своими руками сделала из него правильного политика, наметившего добраться до поста федерального канцлера страны, откуда-то такая была у него уверенность в своей избранности. Слепая, но настойчивая уверенность и заставила Габи остановить выбор на этом субъекте. В роли жены слуги народа она видела себя настолько явно, что, не оправдай он ожиданий, высота бы покорилась ей, ведь более образцово-показательной жены в ее окружении не было. Единственной слабостью этой особы были ночные просмотры в одиночестве за бокалом черно-белых французских комедий и оперетты. Максимилиана она тоже по-своему любила и для того, чтобы отвадить его катать по игорным заведениям, дала согласие на привлечение сомнительного капитала прямых инвестиций игорного клана после перемодернизации и смены профиля деятельности издательства. Из-за мстительности Рихард-Мартин готов был потопить с позволения сестры компанию вместе с капитаном Максимилианом и в желании разобраться с братом сам налетел на крупные неприятности. Деньги, которые ему дали для отмывки, потребовали обратно, единственным способом погасить добровольно долги была продажа компании или правовое решение, где козлом отпущения, в отличие от библейского, добровольно выступал Максимилиан. Надо было выбирать: или платить плохим ребятам, или идти с повинной и заглаживать свою вину перед обществом за неуплату налогов с сомнительного оборота. Судебная проволочка давала брату и сестре отсрочку по погашению задолженности. После уговоров сестры и к обоюдному согласию все получали свое. Макс – девятимесячную побывку, которая сократилась почти втрое, и Габи – небольшую встряску среди своего бомонда и похихикивания в свой адрес, что мобилизовало ее со злости еще плотнее заняться карьерой мужа, а Рихард – необходимость расхлебывать свою кашу и частично заложить свое поместье, не жилую часть, а часть леса. Рихард нашел деньги, чтобы оплатить долги и даже поднять компанию на ноги, и при этом очень специфическим способом. Дар разбираться в женщинах у Рихарда имелся, и так ему открылся новый источник заработка. Он знал, как создавать и штамповать подходящих изысканным потребностям капризных клиентов первых красавиц, и, пройдя его модельную школу, они быстро пристраивались у очень доходных кормушек-кошельков, и слаженное дело доставляло ему явное удовольствие и доход. На обучение он брал способных учениц с мозгами. Новый покровитель, Мессир, недавно поселившийся в Инсбруке, «за так» уладил дела с кредиторами и мафиозным кланом, который даже итальянская семья боялась расстроить.

* * *