Картавирья правил империей с исключительной добродетелью. Никто не мог подвергнуть сомнению его доблесть. Его чувство справедливости было несравненным; его знание и понимание были безграничны, а его сила была беспредельна. Не было заслуживающего похвалы деяния, которое он бы ни совершил. Одним словом, ему не было равных.

Немедленно после принятия управления государством он издал указ, что никто не должен носить оружия и что те, кто нарушит указ, будут считаться преступниками и наказываться. Те, кто выставляли себя великими героями, сейчас были унижены и подавлены новым вердиктом. Не было героических поступков, которые император, правящий согласно дхарме, не мог бы совершить добродетельной силой, полученной с помощью тапаса.

Выполняя различные обязанности, он, благодаря силе йоги, принимал облики, подходящие к каждому случаю. Таким образом он стал хранителем и защитником земель и людей и вдобавок защитником браминов и тапасьянов.

Если в империи в чьем-нибудь уме только возникало желание украсть или совершить какое-то другое греховное действие, об этом тотчас становилось известно императору. Он немедленно появлялся перед подданным с луком и стрелами и в предупреждение говорил ему: «Берегись!»

Когда кто-нибудь из его подданных страдал от змей или опасных животных, от огня или болезни или в результате бедствия, этому подданному было достаточно вспомнить императора — и тот появлялся перед ним и выручал его из беды.

Подданные поклонялись императору даже больше, чем Богу. Никто в его царстве не жаловался на какое-нибудь беспокойство или убыток.

Что касается его похвальных действий, то не было конца раздаваемым им дарам, благим делам и жертвоприношениям, которые он совершал. Говорят что он совершил десять тысяч жертвоприношений по всей Саптадвипе. Это были не обычные жертвоприношения, а в этих жертвоприношениях колонный зал сабхи и все остальное было из золота.

Нарада и другие мудрецы, пораженные его необыкновенными делами, восхваляли его. В радостном волнении муни Ангирас превозносил его, говоря, что не было царя, равного Картавирье.

Среди разнообразных дел однажды император пошел в нижние области и победил царя нагов, Каркотака, привезя его сына с собой и сделав его одним из караульных своей столицы.

В другой раз он со своими женами пошел к реке Нармаде для купания и развлечения. Царь шутя создал себе тысячу рук и встал подобно громадной горе, преградив течение реки. Нармада не могла преодолеть возникшее препятствие. Она повернула вспять, и водохранилища и пруды были заполнены в избытке.

Именно тогда Равана, десятиглавый асура[83], который начал завоевание мира, включающее покорение Картавирьи, пришел туда. Остановив свою армию на обочине дороги, он совершил поклонение Шиве на берегу Нармады. Пока он был погружен в шивапуджу, воды Нармады, текущие вспять, затопили эту область и унесли шивалингу, поклоняющегося Равану и всю его армию. Картавирья-арджуна, который наблюдал все это силой йогического видения, довольно улыбался. Что касается всей затеи с купанием и развлечениями, то она была устроена ради этой цели.

Когда Равана узнал, что это Картавирья заставил Нармаду повернуть вспять, его охватил дикий гнев.

Может ли он, поднявший и отбросивший гору Кайласу, допустить такое? Когда он узнал, что Картавирья один, Равана подумал, что момент подходящий, и устремился туда со своей армией и напал на него.

Картавирья вышел из воды улыбаясь. Он явился каждому воину-ракшасу как отдельный Картавирья и убил их всех. В конце он захватил двадцатирукого Равану, подобного обезьяне, и, унеся, заключил его в тюрьму. Спустя некоторое время новости достигли деда Раваны, махамуни Пуластьи, который пришел и просил об освобождении внука. Картавирья тотчас освободил того, так как он был почтителен к сединам. Это также делало его великим и благородным императором.

Когда бы он ни приходил купаться в море, киты и другие водные животные волновались и даже морской царь испытывал страх.

Картавирья мог стать несущими дождь облаками и пролить дожди в нужное время для пользы своих подданных.

Несмотря на то что он обладал столь многими великими силами, он не забывал своего Гуру. Хотя прошло много времени, но его преданность только возросла.

Он часто посещал ашрам Датты и поклонялся божественным стопам и преклонялся перед аскетами, которые Его окружали. Часто он собирал ученых и вел дискуссии по йога-шастре и дхарма-шастре. Иногда он устраивал собрания, посвященные изящным искусствам. В другое время он позволял себе вкусить наслаждения во внутренних покоях дворца. Когда бы ни появился случай, он разъяснял своим подданным реальность Господа Даттатреи, Его величие и Его учение, касающееся дхармы.

Так прошли тысячи лет. Он ни в чем не нуждался, и великолепие жизни Картавирьи превосходило даже великолепие Махендры[84].

ДЖНЯНА-ЙОГА

Старцы говорят, что, если кто-то поклоняется Богу, даже имея желания, результат непременно будет.