Читаем Чужая тень полностью

Он начал спускаться. Я пожал плечами и, решив, что всё равно уже не высплюсь, пошёл в комнату и, стараясь не разбудить Блика и Зэра, стал искать в темноте свои вещи.

Лара купила мне отличную и даже сверхудобную для моего рода занятий одежду — шитую на заказ рубаху серого цвета с закрытым горлом, продолговатыми деревянными пуговицами из красного лакированного дерева и такие же серые штаны, из-под которых торчали ромбовидные носки кожаной свободной обуви с двойной проклейкой стопы. Путешествовать в таких нельзя, но обувщик заверил, что все приличные господа сейчас носят именно такие.

Эйвин был одет, как всегда, просто. В такой одежде можно разгружать корабли, чинить карету, грабить магазины и тренироваться, но у меня из головы не выходили слова Зэра о том, что Эй бандит. Уж очень этот добродушный парень не был похож на тех уродов, что я встречал в своей жизни.

Мы шли мимо груд пиленого дерева, каменного щебня и каких-то коробок. Всё это вскоре отправится в столицу, а оттуда перенесётся в Светлый мир, Эйвин этого не знал. Как и все в Тёмном мире, он считал, что это товары, заказанные чуть ли не лично королём Переката Джастиром. Тех же, кто смел строить всякие неудобные теории, смело объявляли колдунами, мятежниками и шпионами соседних стран — тех стран, которые также послушно слали непрерывные потоки грузов в Светлый мир. Ну а с колдунами, мятежниками и шпионами разговор в Темном мире был короткий. Точнее даже, его вообще не было…

Мы шли долго и в кромешной темноте. Дорога освещалась лишь редкими звездами, выглядывающими из-за туч. Возможно, она мне казалась долгой потому, что мы уж очень много петляли, но наконец-то до моих ушей донеслись тихий разговор и приглушенный шум и гоготание многих глоток.

Двое крепких парней, одетых по-рабочему, стояли и курили у какого-то крупного складского помещения. Завидев нас, они повернулись и настороженно всмотрелись в нашу сторону, но, различив в темноте Эйвина, успокоились и заулыбались.

— Дарова, Мрачный Эй! — протянул руку для приветствия сначала один, а потом другой.

— Вили Ливона на месте? — Эйвин пожал обоим руки.

— Ну да, как и всегда. А этот с тобой? — кивнул один из них на меня.

— Это тебе не “этот”, а великий мастер боевых искусств Бенджи Зейнал, — представил меня Эй.

— Что-то не очень похож, — усомнился один из них. — Говорили, что он на две головы выше…

— Ты хочешь, чтобы мастер разозлился, или как? — Эйвин повернулся ко мне полубоком, делая в мою сторону пасс ладонью.

Парни не хотели и, отодвинувшись от незаметной во мраке двери, отперли плотные засовы, впуская нас в душное шумное помещение. По его центру стоял постамент с шестью деревянными столбами, натянутыми между ними веревками и высаженной некогда зелёной травой, ныне увядшей от отсутствия света. Было видно, что траву подстригли после того как её пластами уложили на тумбу, и теперь ромбовидный газон размером шесть на шесть метров использовался в качестве настила для сражающихся бойцов.

Двое как раз колошматили друг друга у противоположного угла веревок, а вокруг бесновалась толпа, махая маленькими, словно дубовые листочки, бумажными листами со ставками.

— Что это? — спросил я, озираясь.

— Арена мистера Вилли, — отозвался Эйвин, протискиваясь вперед и кивком приглашая меня следовать за ним. — Мистер Ливон — главный организатор боёв в нашем городе.

— А мы тут зачем?

— Я узнал у ребят, что быстро и законно документы можно сделать лишь через него. А вот и он. Смотри, сидит на веранде.

За шестиугольником и вправду находилось что-то наподобие беседки, где, сидя на диване в компании полуобнаженных девушек, курил трубку и держал в руке бокал с чем-то красным — может даже, с кровью тех, кто дрался сейчас на арене, — дорого одетый господин.

Вилли Ливон был лыс, мордат и гладко выбрит, с чёрными как смоль щётками бровей.

— Очень влиятельный человек, я тебя познакомлю! — сказал Эй и повёл меня сквозь плотную толпу наверх, где нас снова остановили крепкие ребята в дорогих пиджаках.

— Доброго вечерочка, мистер Ливон! — крикнул Эй, заставив мордатого Вилли повернутся в нашу сторону. Тот подняв брови выше обычного и небрежным жестом кисти разрешил охране нас пропустить, а нам — подойти к нему ближе.

Мы подошли. Отвлекшись от боя, Вилли затянулся и смерил меня взглядом.

— Это он, твой мастер? — В его глазах читался скепсис.

— Да, мистер Вилли, это он! — подтвердил Эйвин, еле заметно кивнув.

— Ну что ж, — начал Вилли, — я слышал, что у тебя трудности и тебе нужна помощь. Но такого рода помощь не дешевая.

— Назови цену. Я достану деньги, — ответил я.

— Эй, Эйвин! — обратился Вилли к Эйу. — Почему твой друг меня оскорбляет, думая, что я нуждаюсь в деньгах?

— Если не деньги, — ответил я за Эйвина, — тогда что?

Вилли показал рукой на арену.

— Смотри, мастер, какой скучный бой. Дерутся, как бабы, сдохли после первой пятиминутки. У меня завтра начинается гран-при. Было заявлено восемь участников, а один, мать его, приболел. Кстати, я слышал не без твоей помощи. Как там тебя, говоришь?

— Бенджи Зейнал, — напомнил Эйвин.