Следующие шесть микро-рассказов (открывающие в сборнике «Maps» раздел «Sladek Incognito») были напечатаны в «Tit-bits», британском еженедельнике-таблоиде, сочетавшем на своих страницах поклонение звездам, шокирующие разоблачения и фотографии милых девушек в колготках (часто только в них). Начиная с 1967 года, «Tit-bits» в течение нескольких лет регулярно публиковал рассказы. Как только темой заявили «Внутрь Фантастического... сезон научной фантастики», площадку заполнили авторы этого направления. К тому времени, когда этот рынок был открыт Слейдеком, тематика сменилась на триллеры, где каждый рассказ должен был уместить на одной странице захватывающую историю с внезапным финалом. Старый, написанный совместно с Томасом Дишем рассказ «The Way То a Man’s Heart» вполне вписался в эти требования и был переиздан во втором же выпуске журнала с открытием «сезона триллеров».

По-видимому, Слейдек хотел напечатать все свои дальнейшие сольные рассказы как Dale Johns, но вечно небрежный «Tit-bits» первые три опубликовал под настоящим именем автора. Конечно, это халтура, прямо нацеленная на рынок, которому ничего большего и не требуется. Но и сквозь неё пробиваются блестки таланта и изобретательности. «Стрелка» основана на его собственном железнодорожном опыте (работу Слейдека железнодорожным стрелочником упоминал в письме автору предисловия и Диш). Как писал сам Слейдек: «Я оставил школу в 1960 году и предался занятиям, наиболее характерным для писателей и других недовольных: повар в буфете, составитель технических инструкций, железнодорожный стрелочник, ковбой, президент Соединённых Штатов.»

© Д.Лэнгфорд

<p><strong>Всего лишь еще одна жертва</strong></p>

Сквозь мысли Энн прорвался хнычущий голос ее соседки по комнате.

— Энн, дорогуша, можно взять твой белый кардиган?

«Всего через несколько минут, — радостно подумала Энн, — она перестанет ныть навеки».

— Конечно, можешь,- проговорила она, не отрываясь от журнала. Она слишком хорошо представляла всю сцену, даже не глядя.

Вирджиния, сидя перед туалетным столиком, подрисовывает брови или наносит на губы слишком много яркой помады.

Сладострастная Вирджиния, старающаяся выглядеть еще распутнее, чем обычно. Она надевала одежду Энн и возвращала ее грязной, испачканной едой и напитками, растянутой.

И, конечно, именно Вирджиния получала всех мужчин. Похоже, они предпочитали ее яркую, дрянную тупость изысканности и культуре Энн.

Им казалось, что выбор делается между бодрой, подвижной, рыжей девицей, способной рассказать что-то яркое и необычное, и тихой, стройной, задумчивой девушкой с русыми волосами и — почему-то это имело большое значение — в очках.

Энн на мгновение сняла очки и протерла глаза. Вновь водрузив очки на нос, она увидела, что Вирджиния почти готова. «Готова к свиданию с мистером Баркером», — напомнила себе Энн, сжав зубы. Время действовать пришло.

Она могла бы простить Вирджинии все — а прощать Вирджинии надо было бы очень многое, — но не мистера Баркера. Одолжить одежду — это одно, а украсть мужчину — другое. И Вирджиния вскоре это обнаружит.

Не то чтобы мистер Баркер — Эл, как звала его Вирджиния — когда-либо принадлежал Энн. Но он был начальником отдела, где она работала.

Так что Энн чувствовала определенные права собственности на него. В конце концов, Вирджиния трудилась в совсем другой фирме.