Читаем Брихадараньяка упанишада полностью

I.3.8. Аясья… ангираса… — ayāsya от āsya, «рот», añga — «член тела»; rasa — «сущность». В этой брахмане (ср. ниже, I.3.19) жизненное дыхание отождествляется с одним из риши (легендарных мудрецов, творцов ведийских гимнов) Аясьей Ангирасой (Ayāsya Āñgirasa), почитавшимся отцом Агни, Брихаспати (см. ниже, I.3.20) и некоторых других божеств. Ср. VN. I.32–33.

I.3.9. Дур, ибо смерть далека… Dur — «далекий».

I.3.10. Страны света… — Шанкара толкует diśām как области, жители которых знакомы с ведами. Отсюда вероятное значение следующего janam.

К людям… — под janam здесь, по-видимому, подразумеваются жители отдаленных стран, возможно лесные племена, не принадлежащие к арийцам и считавшиеся нечистыми (ср. PU, 158; BS, 6). П. Дейссен (SU, 388) переводит: Heiden. Мотив изгнания зла с помощью высшей силы находит себе параллель в буддийской доктрине (ср. BS, 6, n. 1).

I.3.12 и сл. Речь, обоняние (см. выше, прим. к I.3.3), глаз, ухо, разум, будучи уведены от смерти, превращаются соответственно в огонь (agni), ветер (vāyu), солнце (āditya), страны света (dlś) и луну (candra). Согласно древнеиндийским верованиям, отдельные органы и жизненные функции человека связаны с различным божествами. Бог огня Агни управляет речью, Вишну — руками, Индра — ногами, бог солнца Сурья (Адитья) — глазами и т. д.

I.3.17. Жизненным дыханием… — следуем толкованию Шанкары (anena — от ana — «дыхание»).

Здесь… — т. е. в пище, становящейся телом.

I.3.19. Аясья Ангираса — см. выше, прим. к I.3.8.

I.3.20. Брихаспати (Bṛhaspati) — древнее ведийское божество, почитавшееся наставником и жрецом богов, владыкой молитв и жертвоприношений. Здесь имя его толкуется как «господин брихати» (brhatī — название 36-сложного размера, употребительного в Ригведе) и, по-видимому, отождествляется с Ригведой в целом: (Ср. PU, 163; см. след, параграфы.) Другое толкование дает BPh, 142: Die Rede ist wahrlich groß (brhatī). Ср. Ч. I.2.11.

I.3.21. Имя Брахманаспати (Brahmaṇaspati) объясняется здесь как «господин Брахмана», под которым в данном случае подразумеваются гимны Яджурведы. Брахманаспати также — другое имя Брихаспати.

I.3.22. Саман (sāman)… — здесь жизненное дыхание отождествляется с песнопениями Самаведы (см. выше, прим. к I.1.1). Саман толкуется как сочетание sā («она») и ama («он»), т. е. женского и мужского начал. Другое толкование: sā — «речь», ата — «жизненное дыхание». Ср. Ч. I.6–7; V.2.6.

Потому, что оно равно… — здесь игра слов: yad veva samaḥ (sama — «равный»).

I.3.23. Удгитха… — ср. выше, прим. к I.1.1; I.3.1. Здесь снова этимологизирование: слог ut объясняется как «поддержан» — uttabdham; gīthā — пение.

I.3.24. Чайкитанея (Caikitāneya) — правнук Чикитаны (PU, 161). Ср. VN, I.263–264.

Царя [Сому]… — следуем толкованию Шанкары rajanam как yajñe somam. Сома (soma) — хмельной напиток из сока стеблей одноименного растения (Sarcostema Viminalis или Asclepias Acida). Играл первостепенную роль при жертвенных возлияниях богам, а также употреблялся брахманами в качестве питья. Напиток этот был персонифицирован как одно из главных ведийских божеств. Бог Сома занимает видное место в Ригведе, он почитался как бог луны, повелитель растений, один из восьми хранителей мира, царящий над северо-востоком. Ср. VN, II.474–479.

Отсечет мою голову… — т. е. за произнесение лжи.

I.3.25. Обязанности жреца (ārtvijyam) — о ṛtvij см. прим. к I.3.2.

I.3.26. Золото — его благозвучие… — игра слов: 1) suvarṇa — «золото»; 2) su + varṇa — «благозвучие».

I.3.28. Исполнение очистительных гимнов (pavamānānām) названо восхождением (abhyāroha), так как с их помощью жертвователь достигает божества (Шанкара).

Прастотар (рrastotar) — помощник удгатара (см. прим. к I.3.2), поющий вступительное славословие самана (prastāva).

Это — завоевание мира… — т. е. знанием того, что саман есть жизненное дыхание, завоевывается мир.