Читаем Брихадараньяка упанишада полностью

Жертвенного коня (aśvasya medhasya). Имеется в виду торжественное жертвоприношение коня (aśvamedha), совершавшееся следующим образом: царь пускал на волю коня, охраняемого сильным войском. Правители тех земель, в которые заходил конь, должны были добровольно подчиниться царю — владельцу коня или их подчиняли силой, после чего конь продолжал свой путь. Такой поход длился в течение года, и в случае его успешного завершения царь-победитель приступал к ашвамедхе: коня убивали и его жир предлагали в приношение богам. Совершение этой жертвы давало право владельцу коня считаться царем царей, владыкой земли. Подробное описание ашвамедха содержится в Шатапатха брахмане (XIII. 1), к которой примыкает Брихадараньяка. (Ср. P.V. Kane, History of Dharmaśāstra, vol. II. pt II, Poona, 1941, p. 1228 sq. — далее: P.V. Kane, History.) Характерно, что в то время, как упанишады сборника гимнов Ригведы (Айтарея, Каушитаки) исходят в своем изложении из аллегорически трактуемой уктхи (uktha — стихи, декламируемые при религиозной церемонии; ср. SU, 10, 32; Айтарея араньяка II.1–3; Кау II.6), а упанишада сборника песнопений Самаведы (Чхандогья) — из удгитхи и самана (udgītha, sāman — ритуальное пение из Самаведы; SU, 66; Ч I; II), примыкающая к сборнику жертвенных формул, Яджурведе, Брихадараньяка начинается с аллегорического истолкования: конь, приносимый в жертву при ашвамедхе, — вселенная (SU, 382; Р. Deussen, Die Philosophie, S. 21, 110 sq.). Связь между жертвоприношением и сотворением мира раскрывается в следующей брахмане этой главы. Известную аналогию представляет здесь Пурушасукта Ригведы (Рв, X.90), повествующая о сотворении мира из членов тела первичного существа — пуруши (puruṣa). Возможно, образ коня в начале Брихадараньяка связан с легендой о том, как Белая Яджурведа была открыта Яджнявалкье (см. ниже, прим. к I.4.3.) солнцем, явившимся ему в виде коня.

Утренняя заря (uṣas)… — промежуток времени ок. 3/4 часа перед восходом солнца. Шанкара поясняет: голова — важнейшая часть тела; заря — важнейшая часть дня.

Дыхание… — о значениях prāṇa в упанишадах см. предисловие, стр. 31; прим. к I.2, 3; 3.1; 5.3.

Вайшванара (Vaiśvānara) — «вездесущий», «вселенский», эпитет огня, также — бога огня, Агни.

Год — это тело… — здесь ātman, согласно толкованию Шанкары, означает «тело». О других его, более употребительных в упанишадах значениях см. ниже, прим. к I.4.1.

Пах — перевод pājasyam, вызывает трудности, так как значение «брюхо», «бока» (M-W, 614) не подходит по контексту. М. Мюллер (UM, 73, n. 4) предлагает chest; П. Дейссен (SU, 382) — Bauches Wölbung; С. Радхакришнан (PU, 149–150) переводит — hoofs (копыта), учитывая толкование Шанкары: pādasyam, pādāsana-sthānam (земля как подножье высшего существа: ср. Му II.1.4). То же, Дф, 139. Следуем толкованию О. Бётлингка (ВВ, 1) — Weichen и Э. Сенара (BS, 1) — bas-ventre. Ср. М.А. Mehendale. Two derivatives in — ya «Bull, of the School of Oriental and African Studies», vol. 25, 1962, p 597 sq. (далее: M.A. Mehendale, Two derivatives).

Голос — это его голос. Vāc здесь — звучание стихий (грома и т. п.), отождествляемое с голосом коня.

I.1.2. Сосуд Maхиман… Mahiman (букв.: «величие»), название сосудов для жертвенных возлияний, употреблявшихся при ашвамедхе. Один из них, золотой, ставился впереди коня, другой, серебряный, — позади (ср. UM, 74, n. 5). Согласно объяснению Мадхавананды (р. 12, n. 1) purastān и paścān употреблено во временном значении, т. е. один сосуд употребляется перед убийством коня, другой — после. Согласно традиционному толкованию (носящему, как почти все приведенные ниже объяснения подобного рода, совершенно фантастический характер), золотой сосуд спереди отождествляется с днем, так как и день и золото светятся (dīpt sāmānyāt); серебряный сзади — с ночью, так как слова «серебро» и «ночь» начинаются с одного слога (rājata и rātri — Шанкара), а также из-за сходства между блеском серебра и ночной луны (Анандагири).

В Восточном море… — здесь снова аллегорическая интерпретация. «Восточное море» — Бенгальский залив; «Западное море» — Аравийское море. Для Шанкары море — аллегория высшей божественной субстанции (paramātman).

Конем… жеребцом… скакуном… лошадью — в тексте различные обозначения коня: hayo… vajī… arvā… aśvo…, употребленные, согласно Шанкаре, как восхваление.

Гандахарвы (gandharva) — разряд низших божеств. В ведийскую эпоху почитались как духи лесов, позже — как небесные музыканты, услаждающие богов пением и плясками.