– Ты ведешь себя вызывающе и недостойно. И твои спутники… Лишь трое из них северяне, а остальные больше похожи на…
– На кого? На дикарей из Новых Земель?
– Да.
– Спешу тебя огорчить – они и есть дикари из Новых Земель! Но они мои друзья и потому прибыли вместе со мной. Ты опасаешься за свою репутацию, Рогор? Я веду себя не так, как ты ожидал, мои друзья тебе не по нраву, мои речи громкие и честные, а ты привык к размеренным беседам со своими придворными псами, что смотрят тебе в рот и мечтают угодить, чтобы получить от тебя поощрительную косточку?
– Ренрог, я понимаю, что ты провёл двенадцать лет среди дикарей и простолюдинов, что защищали лагерь и строили замок, но ты был уже не таким юным, чтобы не помнить, как следует себя вести. Я очень рад твоему возвращению, но постарайся думать, что ты говоришь и как.
– Рад? Я знаю, что ты предпочёл бы увидеть на моём месте Роэйра или хотя бы Русселя. С ними ты был всегда куда более дружен, они подавали надежды и слушались тебя, а я всегда был для вас занозой.
– Не говори так! Ты мой брат, и я люблю тебя не меньше, чем любил их.
– Ты любишь меня только потому, что другие твои братья мертвы. Если бы они были здесь, с тобой, то ты бы ни за что не позвал меня. Признай, ты стареешь, твои дети повзрослели, и теперь ты убедил себя, что твоя жизнь близится к закату. А значит, тебе хочется наладить отношения с последним из твоей семьи – со мной. И, уверен, тебя всё ещё мучает чувство вины из-за смерти Роэйра, я помню, что ты писал мне тогда.
Рогор злился. Он осушил свой кубок и налил себе ещё вина.
Ренрог говорил правду – с ним у лорда-правителя всегда были весьма натянутые отношения, в то время как Роэйр, который был младше наследника Династии на два года, был для него самым близким человеком.
Двое старших сыновей лорда Райса Холдбиста с детства держались вместе, они были дружны и верили, что станут править сообща – Рогор займёт пост правителя, а Роэйр, любивший книги и увлекавшийся науками, станет его советником, чтобы уступить место и замки двум другим братьям.
Именно любимый брат посоветовал оставить бастарда в замке, когда леди Эббиана не могла понести, признать его сыном и, если не появится других наследников, обезопасить себя от бездетного существования. Именно благодаря ему отношения с Эбби наладились, леди-жена приняла ошибку молодости и горячности мужа, и она вместе с Роэйром настаивала на хорошем отношении к бастарду и просила о достойном воспитании и образовании, даже когда появились собственные дети.
Почти одиннадцать лет назад, когда родился третий сын, а Рирз продолжал жить в замке и проводить много времени со своими братьями, Рогор начал замечать, что в незаконнорождённом отпрыске просыпается то же безумие, что и в Ренроге. Лорду-правителю не грозила жизнь без детей, ведь теперь у него появились Ротр, Робсон и Рисс, и с каждым днём страх, что сын служанки навредит им, лишь возрастал. Он видел угрозу в своём бастарде, он уверял всех, что Рирз желает или возжелает, когда подрастёт, заполучить себе всю власть и не остановится ни перед чем, ведь уже с ранних лет он проявлял все черты, свойственные Холдбистам. Даже в детских играх он оправдывал девиз Династии «Победа любой ценой».
Но и леди Эббиана, и Роэйр не поддерживали желание Рогора избавиться от бастарда. Во время одного из очередных споров с братом лорд-правитель заявил, что сделает всё, что требуется для защиты детей, и если надо, убьёт своего нелюбимого отпрыска.
Тогда они поссорились, верный брат, советник и опора, напился и упал с лестницы. Его нашли только наутро. Гроссмейстер сказал, что, быть может, его бы удалось спасти, если бы его обнаружили раньше. Рогор не отправился за ним следом, а остался сидеть в башне и злиться на семью.
Леди Джексил Вайткроу, прибывшая на север всего за два дня до гибели Роэйра, должна была стать женой погибшего и помочь создать очередной союз. Но вместо свадьбы она отправилась обратно домой.
Руссель как мог поддерживал Рогора. Он не отличался хитростью, но являлся прирождённым лидером, выделялся умом и умением быстро соображать. На посту советника он заменил Роэйра, хоть на момент смерти последнего ему было всего семнадцать, и сейчас Рогор понимал, что его советы всегда были обдуманными и правильными, но в те годы он не слушал их, считая одного из младших Холдбистов ещё совсем ребёнком.
Русселю подбирали невесту из родни леди Эббианы, но в последний момент, когда все договорённости уже были соблюдены и выбиралось время для свадьбы, девятнадцатилетний Холдбист вдруг передумал и взял себе в жёны леди Аренсию из Лонгтейлов, с которой совершенно случайно встретился на Празднике Лета.
Спустя всего пять циклов Руссель заболел – его начали мучить головные боли, он жаловался, что мир иногда плывёт перед глазами, повсюду его сопровождала тошнота и жар, но он отправился наладить отношения с обиженными Глейгримами и так и не вернулся.