Читаем Авария полностью

— Поди сюда! — крикнул он Камилу, разворачивая план. — Вот здесь — вся ветка от распределителя до насоса. Его надо оконтурить, а на ключевых, опасных местах трубопровода положить изолирующие жаростойкие панели. От разгрузочной станции проложишь дорогу для подъемных кранов. Все нужно делать быстро, но безупречно. На воскресенье нам одолжили распределительный коллектор, утром в понедельник — самое позднее — его нужно освободить. И без того мы потеряли сотни тысяч крон, если не больше. В землю ушла сотня кубиков горючего, уже три часа не пополняются резервуары, и, если эксплуатационники в течение двух часов не смогут подготовить распределительный коллектор, нам придется наполнить ректификационные колонны запасами внутреннего потребления. В таком случае ущерб был бы просто неисчислим. Час простоя, один только час, — потеря горючего на пятьдесят тысяч.

— Наверное, не надо сейчас объяснять все до таких подробностей, — прервал отца Камил. — Я ведь не дурак!

— Нет, ты не дурак, ты подонок! Подонок, какого не сразу и разглядишь. Твое разгильдяйство обойдется заводу в кругленький миллион. — Отец все повышал голос, но потом, словно сдавшись, махнул рукой и повернулся к Хлоубе: — Руда, обеспечь наиважнейшие работы и приходи в отдел, мы в зале заседаний. Прихвати с собой Рамеша, да и этого, механика. — Он с отвращением кивнул на Камила. — Нужно как можно быстрее разработать график работ, иначе завтра тут начнется полная неразбериха.

Хлоуба кивнул, отец еще раз окинул взглядом весь склон и прямо по грязи двинулся к своей машине.

Свернув план, Камил положил рулон на сиденье газика и в раздумье побрел к насосу. Ущерб перевалил за миллион крон. Преувеличивать не в привычках отца. Миллион — огромная денежная потеря, однако дело тут даже не в деньгах.

— Без асбестового костюма не ходите, — крикнул ему пожарный, но Камил просто не обратил на него внимания. В оцепенении уставился он на затопленный ров, на рабочих, по пояс погруженных в месиво грязи и бензина. В зловещих тисках смертельной опасности, охраняемые лишь весьма ненадежными асбестовыми костюмами, залитые потом, валившиеся от усталости рабочие каждые четверть часа выбирались из рва, чтобы, передохнув, снова погрузиться в удушливую вонь бензиновых испарений. Под защитой направленных в их сторону стволов пожарных брандспойтов они сражались с жидкой грязью, нечеловеческими усилиями обнажая испорченные трубы.

Герои, мелькнуло у него. Герои, а в яму и под огнетушители загнал их я сам. Парни, из-за меня перечеркнувшие свои планы на субботу и воскресенье, из-за моей халатности они сейчас по пояс стоят в бензине. Все это влетит в хорошенький миллиончик. Потеря сырья, вызов средств безопасности, участие милиции, использование техники, заправка противопожарных огнетушителей, возможно, и потери на производстве… Какую же меру наказания изберет для меня дисциплинарная комиссия, которую возглавляет мой отец? Проведи мы ремонт неделей раньше, эти парни могли бы сделать все в полной безопасности.

— Не суйся туда, кому говорят! — снова рявкнул на него пожарный.

На этот раз Камил услышал его окрик, но все равно не послушался. Напротив, шагнул ближе к яме. Мне нужно там быть, пронеслось в мозгу. Нужно. Потому что, если вспыхнет пламя, я желаю, я хочу, я должен умереть тут. Безо всякого пафоса, потому что он ни к чему. Просто от отчаяния.

— Эй, Камил, катись отсюда. — Очутившийся поблизости Радек подхватил его под мышки и оттолкнул за бруствер рва.

Мгновение они в упор смотрели друг на друга. В асбестовом костюме и тесной каске Радек был неузнаваем. Лицо забрызгано черной грязью. Взгляда строгих, покрасневших глаз просто нельзя было ослушаться.

— Инженер, — мощный голос Хлоубы перекрыл монотонное чавканье черного месива, выбрасываемого изо рва, — собирай манатки и айда отсюда, пошли в отдел!

— Слушай, Радек, если бы только я мог предполагать…

— А кому ж тогда и предполагать, если не тебе? — Радек, покосившись на него, нервно добавил: — Давай катись, здесь ты только помеха, а в отделе, наверное, нужен.

В зале заседаний собралось все руководство химического завода. Теперь они долго не выйдут оттуда. Сколько же людей из-за меня лишилось сна и покоя!

Камил сидел среди них, как побитый пес, он боялся поднять голову, чтоб не смотреть им в глаза. В комнате без конца звякали телефоны. Диспетчерская, конструкторское бюро, плановики. Мозг завода работал на полную мощность даже в пятницу вечером. Только Камил сидел в растерянности, словно ожидая приговора.

— Прочти протокол и подпиши. В конце оставлено место — на случай, если у тебя найдется что возразить. — Рамеш сунул Камилу несколько густо исписанных страниц и сочувственно покачал головой: — Неделей раньше — и ничего бы не случилось. Ведь ты этот ремонт собирался провести еще в апреле.

Неожиданно рядом появился отец, зло сверкнул глазами и подал Рамешу какой-то список, отпечатанный на машинке.

— Обеспечь распространение. Кладовщиков доставьте! — безапелляционно приказал он, словно в чем-то упрекая Рамеша.