Читаем Ангедония полностью

Значит, ни единого шанса на их отношения. Пола подумала о том, что она знает точное количество раз, сколько он моргнул за время их встречи, а он требует забыть какое-то слово. Такую отметину из памяти вряд ли удастся вывести.

— И что за слово?

— Слово? Любое. Например, «ангедония».

— Почему именно «ангедония»? — добраться бы скорее до Интернета и узнать, что это такое.

— Я же сказал: любое. Не в нём смысл. Как быстро сможешь его забыть?

Никогда.

— Постараюсь как можно быстрее.

Мелькали уютные разноцветные дома пригорода, убегала под колёсами узкая дорога, радовала летней зеленью богатая растительность. Искоса девушка наблюдала за водителем. А он, полностью уйдя в свои мысли, вёл машину.

— Что видишь, когда смотришь на меня? — поинтересовался Лиам природой взглядов своей спутницы.

— Я вижу твоё солнце, которое ты так старательно прячешь за выдуманными тучами.

И город. Здесь всё по-другому. Огромные отшлифованные бесчувственные здания, широкие проспекты, загруженные автомобилями, скудная флора, занятые и спешащие куда-то люди, половина из которых разговаривает по телефону. Все чужие друг другу. В прямом и переносном смысле.

Авто остановилось на одной из улиц.

— Я дам тебе второй шанс сделать заказ в кафе, — объявил Лиам. — Пошли.

— Это и есть моё наказание?

Пола вышла из машины и последовала за своим сопровождающим. Ей это нужно? Нет. Не так. Ей это нужно.

Лучший студент устроился на мягком диванчике:

— Не кофе. Я всё ещё помню.

— Мы недалеко от университета? Так ведь? — Пола раскрыла перед собой меню.

— Да. За три квартала. Ты хочешь его проведать?

— Не знаю. Там, скорее всего, очень пусто.

— Ещё бы. Все птицы разлетелись, как только открылась клетка.

— Я буду рыбный стейк и салат с оливками, — наконец определилась девушка.

— Отлично.

Он жестом подозвал официантку.

— Рыбный стейк, салат с оливками и кофе, пожалуйста.

Пола с негодованием посмотрела на уже раздражающего её объекта.

— У тебя природный талант ставить меня в неудобное положение или это заранее спланированные списки поступков?

— Ты о чём?

— Я буду есть одна?

— И что в этом такого? А я буду пить ненавистный тебе кофе.

Лиам не понимал причину её недовольства.

— Ну, хочешь, я тоже закажу какую-нибудь ненужную массу? — собеседник открыл меню и наугад ткнул пальцем в перечень блюд. — Вот. Пожалуйста. Кукурузное пюре. Возьмём?

— Если хочешь.

— Не хочу.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Чтобы ты не думала, что я специально ставлю тебя в неудобное положение. Так как?

— Что «как»?

— Насчёт кукурузного пюре?

— Почему с тобой так сложно? — воскликнула Пола и, отобрав у Лиама меню, бросила его на соседний столик. За столиком кто-то был? Не обратила внимания.

— Ты чуть не убила ни в чём не виноватого мужчину. В таком маленьком теле не может поместиться так много злости. Ты носишь её в своём рюкзаке? — насмешливо поинтересовался Саломон.

— Теперь я вижу, что это наказание. Ты специально привёз меня так далеко, чтобы я не ушла, как в прошлый раз?

— Не думал об этом. Но похоже на то.

— Я могу уехать на автобусе или такси.

— А как же рыбный стейк и оливковый салат? Если захочешь, могу даже поделиться с тобой кукурузным пюре. Что бы это ни значило.

— Зачем мы здесь? — Пола всё меньше понимала поведение своего спутника. — Зачем ты так со мной?

Лиам шумно выдохнул.

— Да, я веду себя совсем не как джентльмен, рыцарь или кто-то там ещё. Да, я хочу, чтобы ты ненавидела меня так же, как и кофе. Я хочу обезопасить тебя от тебя самой. То, что ты любишь, существует только в твоей голове. Выдумала. Влюбилась. Ошиблась. Ты ничего обо мне не знаешь. Как это можно любить?

Растерянная девушка отвела взгляд от его таких привлекательных глаз с необычайно длинными ресницами.

— Я обижу тебя. В любом варианте отношений, — серьёзным тоном продолжал собеседник. — Я прошу тебя вообще искоренить из своей головы такую мысль и выключить свой влюблённый взгляд. Ладно? И я перестану вести себя, как придурок.

Пола смотрела в окно и ничего не видела. Воспринимать окружающее ей мешали слишком сильные эмоции. Обида. Влюблённость. Обречённость.

— Нужно закончить как можно быстрее это глупое задание профессора Хьюза и больше не встречаться.

— Согласен. И теперь, если мы договорились, давай опять начнём с первой страницы.

Девушка кивнула.

— Может, уйдём отсюда? Кукурузное пюре здесь готовят отвратительно долго, — уже мягче заметил Лиам.

Их взгляды встретились и они рассмеялись.

— И куда пойдём? — поинтересовалась сокурсница.

— Можем заехать в кино. Вдруг, наконец, сняли что-нибудь стоящее внимания.

— Это будет похоже на свидание.

— Ты права. В кино нельзя. Тогда куда?


Территория кампуса. Летом здесь, действительно, пустынно. Неспешная прогулка по такой знакомой территории, обмен смешными историями и забавными случаями. Обсуждение лекторов, профессоров и однокурсников. Общие воспоминания. Время проходит тепло и весело. Словно двое старых друзей. Опять нет напряжения и раздражения. Как и тогда, когда Лиам был в комнате Полы. Невидимые верёвки всё крепче привязывают наивную девушку к суперстуденту. И зачем он ей нужен?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пока светит солнце
Пока светит солнце

Война – тяжелое дело…И выполнять его должны люди опытные. Но кто скажет, сколько опыта нужно набрать для того, чтобы правильно и грамотно исполнять свою работу – там, куда поставила тебя нелегкая военная судьба?Можно пройти нелегкие тропы Испании, заснеженные леса Финляндии – и оказаться совершенно неготовым к тому, что встретит тебя на войне Отечественной. Очень многое придется учить заново – просто потому, что этого раньше не было.Пройти через первые, самые тяжелые дни войны – чтобы выстоять и возвратиться к своим – такая задача стоит перед героем этой книги.И не просто выстоять и уцелеть самому – это-то хорошо знакомо! Надо сохранить жизни тех, кто доверил тебе свою судьбу, свою жизнь… Стать островком спокойствия и уверенности в это трудное время.О первых днях войны повествует эта книга.

Александр Сергеевич Конторович

Приключения / Проза о войне / Прочие приключения
Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения