Пожалуй, то, что отличает современных философов от их предшественников, слишком очевидно. Иногда это отличие столь радикально, что выглядит если и не как приговор философскому делу, то, по крайней мере, как глобальная смена парадигмы. Ни в коем случае нельзя игнорировать, не замечать или презирать смену философской тактики, которая сместилась в сторону комментирования, интерпретации, толкования. Экзегетов было всегда предостаточно (по крайней мере, гораздо больше, чем людей подлинно мыслящих). Важно понять, почему имеет место почти что всеобщий отказ от философской метафизики? Стал ли мир прагматичнее, умнее, экономичнее или даже глубже и ближе к истине или он стал глупее, пошлее, примитивнее? В любом случае, сегодня чисто метафизические исследования считаются если и не признаком умственной невменяемости, то, по крайней мере, неоправданной роскошью. В современном философском мире царит мелочная «политкорректность», заключающаяся в усмотрении опасности в философской привилегии на истину. Низвержение философии до прикладной, проясняющей и прочих совершенно несущественных функций может омрачить настроение неискушенных умов, исходящих из чистых истоков вопрошания, которое они вдруг обнаружили в себе. Несоответствие современной философской конъюнктуры своей исконной сути может породить разочарование и неуверенность и вызвать апатию, уже ставшую почти что повсеместной. Здесь нужно проявить философскую волю и заняться чистой (то есть совершенно непрагматичной, наивной и «несовременной») философией вопреки духу времени. Возможно, это и есть истинно философское дело сегодня – противостоять всяческому отрицанию философии.

77. Можно ли говорить, что сегодня отсутствует стремление к философскому вопрошанию?

Оно отсутствует не только сегодня, оно отсутствует всегда. Но каждое время характеризуется собственным отсутствием этого стремления. Сегодняшнее отсутствие, безусловно, имеет свои особенности. Понять это значит понять причины собственной никчемности, в которую всегда впадает человек, лишь в редкие минуты достигающий истинного бытия. Истинное бытие не недостижимо, оно труднодостижимо. В большинстве ситуаций и случаев человек живет, повинуясь психофизиологическим импульсам и социальным инстинктам. Но философия освобождает его от власти природы и общества, сталкивая с самим собой. Что сегодня не позволяет человеку посмотреть на себя философски? Трудно без дидактики дать однозначный ответ. К дидактике стремится все, даже самое недидактическое, то есть философское. Но ставя так вопрос, ставя его неотступно сегодня перед всеми (и перед философами, и перед нефилософами), мы спасаем человека от его собственного бездумья и безумия. Философия ничего не может предложить человеку, кроме самой себя. В этом ее абсолютная непрактичность (в отличие от науки и религии), но и безусловное преимущество: не предлагая человеку ничего конкретного, философия не предлагает ему и ничего утопичного, абсурдного, нелепого. Не получая ничего конкретного, в философии человек получает самого себя. Поэтому, отказываясь от философии, он отказывается от себя. А что может быть хуже для человека, чем потерять себя?

78. Есть ли у философии какая-то духовная и моральная миссия в наше время?

В каждую эпоху люди впадают в свой абсурд существования – не в тот высокий и трагический абсурд, который доступен лишь избранным тонким натурам, но в абсурд заедающей повседневной пошлости. Сегодня – коммерческий абсурд, опустошающий душу до неприличной наготы. Власть коммерческого сегодня настолько сильна, что это грустно и смешно одновременно. В коммерциализации жизни задействованы все – и власть, и народ; таков обоюдный процесс. Здесь они показывают себя самым нелицеприятным образом: подлость власти в том, что она задает исключительно коммерческие условия существования, а глупость людей в том, что они всерьез надеются коммерчески решить свои жизненные проблемы. Философия в силу исконного благородства и дара видеть бесценное в мире может раскрыть некоммерческую ценность бытия, показать и обосновать приоритетность неутилитарного смысла существования. Чистая сущность бытия, его прелесть и интрига, детскость и наивность – утопия, скажут современные прагматики. Но ситуация безвыходная: или мы идем в философию, или нам конец. Честным и порядочным людям существовать сейчас неприятно, поскольку бессмыслица социального мира усилена до неприличия всеобщей жаждой комфорта любой ценой. Сегодня неподлинное существование, в том числе и существование социального мира, может быть отчасти преодолено философией. И в этом ее главная духовная и моральная миссия.

79. Что значит философия как алиби бытия?