Владимир Владимирович Варава

Адвокат философии

Предисловие

Когда современный человек видит или слышит слово «философия», у него возникают весьма разнообразные и, как правило, неадекватные образы и представления. Это касается и любителей, и «профессионалов». Философия теперь мыслится всего лишь как одна из форм культуры и воспринимается как предмет исключительно частного интереса и личной склонности. И это в лучшем случае. Говорить о каких-либо универсальных всечеловеческих измерениях философии уже невозможно, как невозможно говорить о влиянии философии на общественную и культурную жизнь. Только в качестве академической философия сегодня имеет хоть какую-то социальную и культурную легитимность. Академическая философия стала одним из проектов гуманитарной науки, но проектом, нужно сказать, не самым прибыльным и не самым интересным. А главное – не улавливающим существо того явления, которое в метафизических глубинах души по-прежнему вызывает восторг и благоговение. Роль философии в академическом пространстве, увы, умалилась, что позволило некоторым интеллектуалам говорить о «смерти философии». Конечно, в современной череде смертей, среди которых смерть Бога, смерть Автора, смерть Человека и т. д., смерть Философии не выглядит как-то особенно катастрофично.

Считается, что культура вступает в новую фазу своего бытия, сопровождающуюся отмиранием прежних институтов, принципов и ценностей, среди которых философия с ее притязаниями на истину выглядит как наиболее зловещее образование, явно враждебное установкам медийной культуры. А установка здесь одна – удержать человека в коконе бессмысленного существования как нормы, так и не дав родиться ничему существенному. Многообразие возможностей такой культуры оборачивается на деле пустотой, поскольку философия, как главная инстанция смыслообразования, оказывается не работающей. Стенать по этому поводу бесполезно, но говорить об этом надо.

Власть медиа настолько сильна, что создает угрозу превратить жизнь в бессмыслицу. В этой ситуации вся надежда только на философию, которая очевидно нуждается в защите. В защите от непонимания, которое рождает скуку и пренебрежение. В защите от тех, кто профанирует философию. Но и в защите для тех, кто ищет философии и только философии. Цинизм культуры не должен пугать истинных рыцарей философии. Конечно, сами философы во многом виноваты в том, что положение философии стало шатким и неопределенным, а порой и смехотворным. Официальная философия (и досоветская, и советская, и постсоветская) демонстрировала и демонстрирует по преимуществу наукообразную форму философии, которая убивает всякое живое движение мысли. Пожалуй, наукообразие (хотя бы и в одеждах религии) – самый страшный враг философии. Поэтому вопрос о новых формах и типах философствования давно стоит на повестке дня. Но именно философствования, а не подмены философии одним из существующих «дискурсов культуры». Представленный текст выполнен в форме вопросов и ответов (лучше – только вопросов). Это требует некоторых пояснений. Дело в том, что в философии каждый ответ рождает новый вопрос. Такова «логика и структура философского знания», если выразиться стандартным языком. По-иному можно сказать, что философия существует по преимуществу в форме вопрошаний, в форме вечных вопрошаний. Ответы (конечные ответы) дают все остальные области «духовной культуры». Дело философии – спрашивать, пробуждая нравственную и интеллектуальную совесть живущих, не позволяя им окончательно впасть в спячку, которую провоцирует утвердительная убедительность разных ответов. Истина вопросов – вот истина философии. И потому разговор о ней должен быть построен преимущественно в форме философских вопросов.

Но может возникнуть закономерный вопрос: «А нуждается ли вообще философия в оправдании и обосновании?»; то есть: «Нуждается ли философия в защите?» Действительно, кто может претендовать на то, чтобы выступить в роли адвоката философии? Чья это вообще забота – философия?…

Так нуждается ли сегодня в защите философия? Вопросов может быть гораздо больше – или меньше; главное, чтобы они были.

Вопросы о философии

1. Существует ли основной вопрос философии?