Бытие не как категория рациональной метафизики, а как прецедент удивления является и предметом, и «началом», и «концом» философии, ее вечно непостижимым содержанием. Поэтому язык чистой философии – это язык самого бытия, которое вещает посредством идей (мыслей, образов и дальше уже – слов) о самом себе. Здесь чистый неотмирный наднациональный логос философии входит самым глубоким и основательным образом в самую толщь и глубь национального языка. И философия невольно попадает в капкан филологии. В русском языке имеется слово «Бытие», в английском – «Being», в немецком – «Sein», «Da-Sein». Есть ли нечто общее у этих слов, через вербальную несхожесть которых проходит самое главное? Но что должно пройти: Being, Бытие или Da-Sein? Насколько фатально для мысли столкновение с фонетической и графической фактурой слова? Насколько слова разных языков могут вместить и приютить мысль о бытии? Какой язык может удержать бытие в большей мере? Можно ли вообще переводить Being и Sein русским словом «бытие», и наоборот? Нужно ли глубже всмотреться в графический образ слова, вслушаться – в фонетический, вдуматься – в семантический, чтобы почувствовать почву и первооснову? А может быть, нужно совсем забыть о языке, чтобы дать простор мысли? Ведь дело не столько в различии между Бытием, Being или Da-Sein, сколько в том, что эти вербальные знаки способны репрезентировать чистую идею бытия, которая формирует все проявления конкретных вещей мира. Именно эти знаки, а не какие-то иные. И потому философское благочестие все же требует от нас склонить головы перед Being, Бытием и Da-Sein.

72. Что препятствует философии?

Философии всегда препятствуют излишние эстетизм, религиозность, одержимость научностью и утилитаризм здравого смысла. Все это мешает чистоте философского мировосприятия, портит философию.

73. Кто такие профессиональные философы?

Это люди со своими собственными сугубо личными и индивидуальными представлениями о философии.

74. Кто такие философы?

Это люди без всяких идей и представлений о философии, поскольку они сами есть представление и идея философии.

75. Что значит для философии чистота мысли?

Всякий естественный язык есть препятствие для мысли. Язык может быть грубым, грязным и фальшивым, тогда это сильное препятствие для мысли. Философия, которая стремится выразить кристально чистую, то есть истинную, мысль о бытии, является «санитаром языка». Она не только «гигиена духа», но и «очиститель языка». Однако вопреки позитивистам, считающим, что философия должна избавлять язык от «туманных» положений метафизики как ненаучных и бездоказательных, нужно сказать, что философия должна избавлять всякий язык от шлака, в какой бы стилистической огранке он ни представал: в научной, религиозной, художественной или обыденной. Наука не в меньшей мере нуждается в избавлении от дурных положений своей собственной, такой же туманной научной метафизики, как и религия, и идеалистическая философия. Истинное философское положение возможно на любой языковой территории; нельзя сказать, что научный язык более истинен, нежели религиозный или художественной, или наоборот. Главный философский критерий – чистота мысли, достигаемая лишь одним – предельной честностью. Честность мысли – вот условие ее чистоты. Поэтому философия должна стремиться не к логической чистоте, достигаемой верификацией и прочим, а к нравственной чистоте, достигаемой честной мыслью. Когда человек мыслит абсолютно честно, мысль его всегда найдет правильную форму, не важно, в каком стилистическом пространстве (это может быть и религиозный, и научный, и художественный текст). Плох не сам по себе научный или религиозный текст: плох текст лживый, сотворенный исходя не из чистых и честных намерений, а из предзаданности, создаваемой авторитетом какой-либо традиции (научной, религиозной, литературной). В этом смысле философия совершенно антитрадиционна, поскольку она – вне всяких традиций. Есть только одна традиция – традиция истины. И хранителем и выразителем ее является философия.

76. Что отличает современных философов?