Старинное

Сага о гренландцах
Сага о гренландцах

«Сага о гренландцах» и «Сага об Эйрике рыжем»— главный источник сведений об открытии Америки в конце Х в. Поэтому они издавна привлекали внимание ученых, много раз издавались и переводились на разные языки, и о них есть огромная литература. Содержание этих двух саг в общих чертах совпадает: в них рассказывается о тех же людях — Эйрике Рыжем, основателе исландской колонии в Гренландии, его сыновьях Лейве, Торстейне и Торвальде, жене Торстейна Гудрид и ее втором муже Торфинне Карлсефни — и о тех же событиях — колонизации Гренландии и поездках в Виноградную Страну, то есть в Северную Америку. <…>По «Саге о гренландцах» выходит, что Америку открыл исландец Бьярни Херьольвссон в 985 или 986 г. По «Саге об Эйрике» Америку открыл исландский поселенец в Гренландии Лейв Эйрикссон ок. 1000 г. Только в «Саге о гренландцах» рассказывается о Бьярни Херьольвссоне, о Тюркире Южанине, о Фрейдис и братьях Хельги и Финнбоги.

Европейская старинная литература
Три обещания (СИ)
Три обещания (СИ)

Её звали Юлия. Или просто Юля. Было в ней что-то, что притягивало взгляд. Харизма? Магнетизм? Или же простое обаяние? Я даже сейчас не могу дать ответы на эти вопросы. Я просто чувствую потребность рассказать о молодой поэтессе, которая была старше меня на несколько лет. Для меня важно запечатлеть образ Юли на бумаге, каким я его помню. Пусть получится у меня это криво и не идеально, но я должна это сделать. Я говорю образ, потому что чтобы запечатлеть личность (пусть и в письменном виде) надо знать хорошо того, о ком рассказываешь. А у нас с Юлией были всего две полноценные переписки и одна встреча. Но как бы мало я не знала об этом светлом человеке, я беру сейчас ручку и чистую тетрадку и рассказываю о ней всё что знаю, помню и всё что чувствовала и чувствую по отношению к Юлии. Откровенно, искренно и без прикрас...

Анастасия Дмитриевна Ермолина

Проза прочее / Рассказ / Прочая старинная литература / Древние книги
Осенний блюз (СИ)
Осенний блюз (СИ)

Октябрь - самый глубокий месяц в году. Всё стихло, успокоилось - жизнь легла на дно! И, кажется, никогда впереди ничего не будет: ни света, ни счастья, ни радости, и никогда больше жизнь не потечёт бодрым, звенящим ручейком, и из этого омута никогда не вынырнуть!    Ещё на рынках полно осенних цветов, на прилавках лежат фрукты и овощи прошедшего лета, и продавцы наперебой предлагают свой товар, но уже понятно - впереди грязь, холод и зима. Гуляка ветер, почувствовав волю, весело проводит время: он смело бросается на людей, идущих по улице, срывает с них шляпы и кепки, отряхивает с деревьев последние одежды, и те мокрые, оголённые, пристыженные, стоят, упираясь ветками в свинцовое погасшее небо, жалуются на него кому то, и не знают, зачем и почему так с ними поступили...

Геннадий Борисович Кислицын

Рассказ / Современная проза / Прочая старинная литература / Древние книги
Книга о шахматах (Чатранг-намаг)
Книга о шахматах (Чатранг-намаг)

Предлагаемое читателям сочинение «Книга о шахматах», известное также под названием «Объяснение игры в шахматы и изобретение игры в нарды», является древнейшим текстом, рассказывающим о происхождении шахмат и нардов. Оно было написано в Иране в VI веке в период правления царя Хосрова I Аноширвана (531–579 гг.) из династии Сасанидов. Эпоха его правления отличалась значительным расцветом науки, культуры, литературы и искусства в Иране. В 529 году византийский император Юстиниан упразднил знаменитую Афинскую Академию, некоторые греческие ученые и философы переселились в Сасанидскую империю и нашли себе применение при персидском дворе. Сасанидской Персии довелось стать связующим культурным мостом между Индией и арабо-европейским западом. Персы вывезли из Индии некоторые известные литературные сочинения и перевели их с санскрита на среднеперсидский язык (язык пехлеви), которые в свою очередь были переведены со среднеперсидского на арабский. Так в результате контакта Ирана с индийскими княжествами оказалась в Иране индийская игра в шахматы. Вскоре с ней познакомились в арабском мире, затем в Европе и в России. Не случайно русское слово шахматы арабо-персидского происхождения и восходит к персидскому шах «царь» и арабскому глаголу мат(а) «умер». В Индии и Иране сохранилось несколько легенд о происхождении шахмат. Наиболее ранней из них и вероятно наиболее достоверной является легенда, изложенная в данном среднеперсидском (пехлевийском) сочинении VI века.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Кор-13: Исполнитель желаний (СИ)
Кор-13: Исполнитель желаний (СИ)

Лизавете было очень плохо. Выпитый алкоголь выходил из девушки вместе с горькими слезами обиды, которые вызвали слова ее сослуживицы Ники: "Петр на тебя так жадно смотрит... думаю, вечером вы поедете домой вместе!" Эта дрянь в очередной раз не постеснялась оскорбить Лизавету при всех коллегах! Сегодня их небольшая фирма традиционно отмечала юбилей в баре "У Пришвина". За столом, в частности, сидел молодой и пока что одинокий директор Артур, после слов Ники разочарованно глянувший на Лизавету и опрокинувший в себя очередной стакан водки. Лизавета точно не знала, какие планы Артур на нее имел... Но в глубине души смела надеяться, что самые что ни на есть серьезные! Сперва, повышение до должности заместителя, а потом... более близкие отношения? Почему и нет, тем более Артуру нравились амбициозные люди, он сам так говорил... А что теперь?..

Аноним Тама

Прочая старинная литература / Древние книги
Династия Чжоу
Династия Чжоу

Туман стелился над долиной, скрывая за собой вершины гор, словно занавес из серого шелка. Ветер, пронизывающий насквозь тонкие одежды, нес с собой запах прелой листвы и дыма костров. В этом царстве полумрака, где солнце едва пробивалось сквозь пелену, начиналась новая эра. Эра, предначертанная не богами, а людьми, чьи руки, пропитанные потом и кровью, возводили города, а сердца – бились в унисон с ударами молота кузнеца. Это была земля Чжоу, и ее судьба зависела от тех, кто стоял на рассвете новой эпохи. В заброшенном храме, где каменные идолы молча наблюдали за миром, юноша по имени Линь Чжун, одетый в потертую тунику, сидел у алтаря, обращаясь к невидимым богам. Его руки, измождённые тяжелым трудом, дрожали, но в глазах горел неугасимый огонь стремления. Он видел будущее, будущее Чжоу, окрашенное не только кровью войн, но и светом новых идей, новых философий. Он знал, что его предназначение – стать частью этого грандиозного перелома, стать мостом между прошлым и будущим…

Зохра

Историческая проза / Древневосточная литература