Читаем Змей Искуситель полностью

Он заказал несколько блюд, от которых Натали получила гастрономический экстаз. Она впервые ощутила вкус еды по-другому. Теперь это не нечто запретное, которое можно есть украдкой и быстро. Нет, перед ней наслаждение, которое никуда не денется и можно растягивать его сколько душе угодно.

Официант принес шампанское. Джон сделал всего пару глотков, пообещав что на обратной дороге сам сядет за руль. Натали все время улыбалась, периодически закрывала глаза, подставляя лицо ветерку с моря, попивая шампанское и смакуя все принесенные блюда.

Они с Джоном почти не разговаривали. И так было все понятно без слов, что им хорошо друг с другом.

Джон же не мог оторваться. Ему и раньше нравилось, как она ест. Но сейчас она делала это особо сексуально, словно наконец-то позволила себе жить. Он разрывался. Ему хотелось смотреть на эту великолепную красавицу вечно. В то же время мечтал оказаться с ней в полумраке спальни.

— Меня засыпали сообщениями в соцсетях, — отвлекая от его мыслей, завела стороннюю тему Натали. — Все требуют подробностей.

— Могу сфотографировать тебя за рулем “Феррари”. Всем сразу станет понятно, почему ты со мной, — Джону нравилась местная кухня этого ресторана, и он поглощал еду, наверное, с не меньшим наслаждением, чем Натали.

— Действительно, — она слегла опьянела от шампанского. — Мне тут бывший босс отправил сообщение, что я предаю память матери. Ну, и что ты опасен для меня.

— Надо будет в следующий раз почистить тебе список желательных контактов, — проворчал Джон, вытирая губы салфеткой. — По его логике, он бесится, что ФБР не может пока использовать тебя.

— Они предлагали вернуться, если ты об этом. Но я отказалась, — Натали заинтриговало мнение Джона, но приготовилась слегка поспорить.

— Не достаточно предлагали, либо предоставили тебе интересную работенку без своих бумажных волокит и законов. В общем, так и было с притоном, да? — Джон до сих пор злился и психовал из-за этого, но старался держать себя в руках.

— О чем ты?

— Натали, тебя используют и подставляют. По закону, чтобы ворваться на чужую собственность нужен либо ордер, либо заявление об угрозе и так далее. Даже если бы у ФБР это было при обыске притона, у владельца полно осведомителей и к моменту прихода ФБР, все бы зачистили.

Джон мыслил очень резонно и справедливо. Натали не думала об этом всем с такой позиции.

— Что сделали они? Наверняка пришли к тебе с предложением, которое связано с твоей семьей. Кого-то нужно было найти, да?

— Мать Селин, — Натали кивнула.

— Ну а дальше крохи информации, которые тебя навели на след. И ты сразу же обнаружила этот притон, а вот беда, ФБР с их оснащением и персоналом, сделать этого не могли. Что потом? Потом ты освобождаешь парочку девушек, попавших в сексуальное рабство, они заявляют об угрозе в тот же день и мы получаем операцию по освобождению остальных.

Джон так по-деловому рассуждал за едой, словно это обычное дело.

— Им не нужно, чтобы ты вернулась в ФБР, Натали. Им удобно, что ты будешь рядом со мной, а такими сообщениями разжигают в тебе недоверие и интерес к моему прошлому, хотя, насколько я помню, на все вопросы, которые ты задаешь, я отвечаю. Мне нечего скрывать, Натали. А если я что-то и прячу от тебя, то только чтобы не подставлять.

— Ты говорил, что твой брат жаждет моей крови, — Натали очень серьезно задумалась. Неужели она так легко поддается на манипуляции? Не потому ли Айзенберг ушел?

— Я не дам ему обидеть тебя, а если с тебя слетит хоть один волосок, я снесу ему голову, — пообещал Джон. — Просто, когда вдруг всплывет перед тобой какой-нибудь неудобный выбор, вспомни, что я против своего отца и брата. Иногда иду им на уступки, чтобы они не трогали мою семью. И чтобы я мог жить более менее свободно, без оравы охранников.

У Натали появилась даже не мечта. Цель. Она обязательно вытащит Джона из этого порочного круга. Пока не знала как, но сделает все, чтобы он был по-настоящему счастлив.

После ужина они немного прогулялись по городу, держась за руки и улыбаясь прохожим и туристам. Джон рассказывал об истории Палермо и всей Сицилии так увлекательно, что Натали заслушалась и погрузилась во времена средневековья.

— Ты очень красивая, Натали. Все мужчины свернули себе шеи, и это сводит меня с ума, — внезапно выпалил Джон, когда они остановились у фонтана Революции.

— Извини, у меня нет другой одежды, более скромной, — заметила Натали. Когда он делал ей комплименты, она тут же прижималась к нему, обвивая руками его шею. — Кстати, а кто и когда подобрал мне этот гардероб?

— У меня были сообщники, — признался Джон.

— Пахнет присутствием и вмешательством Лорен, — догадалась Натали. Джон не стал спорить. Погладил ее по спине, но руки сами опустились к ягодицам. Она охнула, когда он слегка их сжал сквозь платье.

— Пойдем, — он повел ее обратно к машине.

Домой добирались молча. Джон, в отличие от Натали, прекрасно знал дорогу и не пользовался навигатором. Он управлял машиной легко, уверенно и с хорошей скоростью.

Чем ближе они подъезжали к дому, тем сильнее стучало ее сердце.