Читаем Воздушные бойцы полностью

Лейтенант Ячменев был молодым летчиком, но в нашем полку быстро зарекомендовал себя дельным и отважным воздушным разведчиком и легко вписался в ритм боевой работы. Несмотря на молодость, в воздухе он действовал хладнокровно, изобретательно и уверенно, и вскоре всем стало ясно, что это — летчик незаурядный. У меня достаточно опыта в таких делах, и я нисколько не сомневаюсь, что из Ячменева получился бы со временем превосходный истребитель-разведчик. Однажды я узнал, что в воздухе Ячменев делал кое-что и сверх задания.

Как-то раз, когда город Шахты еще был занят немцами, Ячменев, уроженец этого города, пролетая над своим домом, сбросил вымпел. Для этого он заранее приготовил гильзу из-под снаряда, вложил в нее записку и сбросил эту гильзу, привязав к ней длинную красную ленту. По счастью, гильзу подобрали ребятишки, и таким образом она попала по назначению. «Жив, здоров, хочу вас увидеть, родные… Моя полевая почта…» — написал в этом своем коротком послании летчик. Нетрудно себе представить состояние Ячменева, который больше года не имел вестей из дому, зная, что родители остались на занятой врагом территории. И вот он над своим домом, искушение было слишком велико, и возникла эта идея с вымпелом. Но ведь вымпел мог поднять и полицай!..

Таким образом, находясь в еще занятом врагом городе, родители и сестра летчика узнали, что он не только жив и воюет, но что он, может быть, каждый день пролетает над городом в одном из тех быстрых краснозвездных истребителей, что все чаще и чаще теперь стали появляться в шахтинском небе. И конечно, прислушиваясь к далекому гулу канонады, с трудом сдерживали нетерпение: ясно было, что недалек тот день, когда наша армия войдет в город. Этот день сулил им не только освобождение, но и долгожданную встречу с сыном.

Прошла неделя, и другая, и третья…

В один из дней марта я получил срочное задание: установить место выгрузки танков противника в районе железнодорожной станции Чистяково. Противник, намереваясь остановить наше наступление, подбрасывал резервы. На такое задание надо было посылать опытных летчиков, и я поручил это Ячменеву и Нестерову. С задания Нестеров вернулся один. Хорошо помню, с каким напряженным вниманием слушал я Нестерова.

…Район сосредоточения вражеских танков они установили довольно быстро. Район этот прикрывался сильным зенитным огнем. Ячменев снизился, уточняя расположение танков, и вражеские зенитчики сосредоточили на нем огонь нескольких орудий. Было зафиксировано прямое попадание в самолет Ячменева. Он упал возле железнодорожной станции, ударился крылом о землю и переломился у фюзеляжа. Летчик погиб.

Прошло несколько дней. Полк продолжал воевать, и неизбежные потери постепенно приглушались радостью одержанных побед. Наши войска освободили город Шахты. И вот однажды, разыскав нас с большим трудом, в полк приехали родители Ячменева. Месяца не прошло с того дня, как их сын прямо с неба подал им весть о себе. И месяц этот — что такое месяц, если с момента разлуки прошло почти два года? — пролетел как один день. Они приехали в полк к сыну при первой же возможности, и весь полк снова полоснула острая, еще незажившая боль потери.

Как могли, мы старались утешить близких отважного летчика. Помогли им немного продуктами — время было голодное, край разорен дотла, а до нового урожая еще не близко. Отрядили провожатых на обратную дорогу. Единственный орден Ячменева — орден Отечественной войны I степени — приняла на хранение его сестра. Родители летчика ненадолго пережили сына и скончались в конце войны…

Профессия летчика-истребителя сама по себе противопоказана людям пассивным, безынициативным, несамостоятельным. Она настоятельно требует развития других, прямо противоположных качеств. Для воздушного же разведчика смелость и инициативность — качества решающие.

В нашем полку людей, обладавших подобными свойствами, было немало, но среди них хладнокровием и умением в считанные секунды оценить обстановку и принять неожиданное для противника решение отличался летчик Валентин Шапиро. Был он сыном большевика-чекиста, получил прекрасное воспитание. Отец его перед войной занимал высокий пост в пограничных войсках и в начале войны был среди тех, кто принял на себя первый удар фашистов, вероломно вторгшихся в пределы нашей страны. В самые тяжелые первые дни войны отец летчика пропал без вести — скорее всего погиб в приграничных районах в Прибалтике. Сын в то время учился в сталинградской летной школе, которую успешно закончил летом сорок второго года — как раз тогда, когда война вплотную подошла к Сталинграду. Свою боевую биографию Валентин Шапиро начал в тяжелейших сталинградских боях.