Читаем Unknown полностью

— Чушь собачья. Кого-то хорошо оттрахали прошлой ночью. Во сколько мы вернулись домой? — он спрашивает Шейна. — В десять тридцать? Примерно тогда уже было слышно звуки секса.

Господи. Они были дома почти четыре часа, прежде чем я это заметил? Меня охватывает беспокойство. Не думаю, что я когда-то вот так терял голову из-за девушки.

Никогда.

Я поворачиваюсь, чтобы взять булку хлеба из кладовки. Тяну время.

— Чувак, — говорит Шейн Беккету. — Это был я.

— Серьезно? — Я думал, тебе отсосала та цыпочка на концерте. Ты кому-то позвонил, когда мы вернулись?

— Нет. Порно, чувак. — Он закатывает глаза, как будто это очевидно.

— Эти звуки секса продолжались около четырех часов. — Беккет изумленно смотрит на него. — Ты так долго дрочил? Как твой член все еще на месте?

— Я, э-э, пользовался тем странным способом, чтобы не кончать, о котором много слышал.

— Ну да. Я слышал, это популярная вещь в порно-индустрии, — торжественно говорит Бек.

Шейн показывает ему палец.

— Неважно. Я молод. Я могу делать со своим членом все, что захочу. Не лезь не в свое дело.

— Тогда в следующий раз убавь громкость. Есть такая штука, которая называется наушники. Потраться на них.

Посмеиваясь, Бекетт подходит к плите и берет сковороду для яичницы.

Шейн подмигивает мне, когда я прохожу мимо него, слегка ударяя меня по руке.

— Ты у меня в долгу, — бормочет он.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

РАЙДЕР

Проблемы с коммуникацией

Сегодня вечером первая домашняя игра и открытие сезона, и мы с Беккетом и Шейном едем в Центр Грэхема. Сидя на заднем сиденье мерседеса Шейна, я набираю текст и отправляю обычное сообщение в наш групповой чат Иствуда — суеверие, появившееся в прошлом году, и теперь мы придерживаемся его. Во время поездки куча уведомлений выдает одно и то же сообщение.

В раздевалке Беккет спорит о каком-то фильме, который он вчера вечером пытался заставить посмотреть Шейна.

— Ты не понимаешь. Герой не был в тех же временных рамках, что и брат...

— Как я уже говорил тебе вчера вечером, в этом нет никакого смысла, и я не хочу это обсуждать.

— И, как я сказал тебе, ты должен пересмореть его по крайней мере раза три, прежде чем он обретет смысл...

— Как ты думаешь, сколько у меня времени? — Шейн перебивает. — У меня едва хватает времени посмотреть один фильм один раз, не говоря уже об одном и том же гребаном фильме три раза.

— Забавно слышать это от парня, который на прошлых выходных четыре часа подряд смотрел порно. Громко. — Беккет поворачивается к нашим приятелям из Иствуда. — Четыре часа, без шуток. Хотя, я скажу, он выбрал кое-что хорошее. Отдаю тебе должное, Линдли. Не уверен, что во всех клипах стонала одна и та же цыпочка, но она была потрясающей. Приятный тембр и подача. У нее был действительно горячий голос.

Действительно горячий. Она была чистым огнем, и мое тело до сих пор ощущает ее тепло на себе.

И, как последний осел, я не звонил ей с той ночи.

Я просто... не смог.

Той ночью кое-что произошло. Я люблю секс так же сильно, как и любой другой парень, но Джиджи пришла перед заходом солнца и ушла ранним утром. Ради бога, мы даже не ели. Просто пили воду и друг друга. Самый длинный заход в моей жизни, и к тому времени, как она ушла, этого все равно было недостаточно. А еще, все те моменты между ними, когда мы лежали и разговаривали. Ну, в основном говорила она. Но я хотел слушать. Я задавал вопросы. Я начинал разговор.

Излишне говорить, что такое не должно повториться.

Прежде чем мы переспали, я ясно дал понять Джиджи, что все, чего я хочу, — это секса. И все же, каким-то образом, именно я тот, кто забыл об этом.

Пока я не разберусь, что за чертовщина творится у меня в голове, я не могу поддаваться искушению увидеть ее снова.

— Не приставай ко мне, — ворчит Шейн Беккету, наклоняясь вперед, чтобы размять спину. — Это не Австралия, приятель.

Я замечаю, что Уилл Ларсен посмеивается во время их перепалки, но он замолкает, когда замечает, что Колсон хмуро смотрит на него.

Как только все уже в форме, тренер Дженсен выступает со своей первой ободряющей речью сезона.

— Идите туда и победите. — Он кивает, затем поворачивается к двери.

— Подождите, это все? — Выпаливает Патрик.

Дженсен оборачивается.

— А что? Чего еще ты хочешь? Чтобы я станцевал для тебя небольшой танец?

— Лично я был бы рад этому, — говорит Тристан Ю.

Раздается пара смешков.

— Я не произношу речей, — твердо заявляет тренер. — Я достаточно говорю во время тренировок. — Он оглядывает раздевалку. — С учетом сказанного — лично у каждого из вас есть хватка. Как команда? Что ж, это мы скоро это выясним.

И выясняем, что хватки нет. Игра быстро развивается с первого вбрасывания. Что удивительно, потому что Северо-восточный обычно не так силен, как Брайар или Иствуд. А еще, судя по записи, которую я видел, их новый вратарь-второкурсник — это решето.

И все же мы не можем попасть в его ворота.

Я в первом звене, катаюсь с Колсоном и Ларсеном, и защитниками Демейном и Беккетом. Мы сильнейшие игроки в команде и должны быть неудержимы.

И все же.