Читаем Том 2. Машина времени полностью

Мы вышли из Зеленого Дворца, когда солнце еще не спряталось за горизонтом. Я решил на следующий день, рано утром, вернуться к Белому Сфинксу, а пока, до наступления темноты, рассчитывал пробраться через лес, задержавший нас по пути сюда. В этот вечер я надеялся пройти как можно больше, а затем, разведя костер, лечь спать под его защитой. По дороге я собирал сучья и сухую траву и скоро набрал целую охапку. С этим грузом мы шли медленнее, чем я предполагал, и к тому же Уина очень устала. Мне тоже страшно хотелось спать; когда мы дошли до леса, наступила полная темнота. Из страха перед ней Уина хотела остаться на склоне холма, но чувство опасности толкало меня вперед, вместо того чтобы остановиться. Я не спал всю прошлую ночь и два дня находился в лихорадочном состоянии. Я чувствовал, как ко мне подбирается сон, а вместе с ним и морлоки.

Пока мы стояли в нерешительности, я увидел сзади на темном фоне кустов три фигуры, пригнувшиеся к земле. Нас окружали высокая трава и мелкий кустарник, так что мы не могли чувствовать себя в безопасности. Чтобы пересечь лес, надо было, по моим расчетам, пройти около мили. Если бы нам удалось выйти на открытый склон, то, как мне казалось, мы нашли бы там безопасное место для отдыха. Я думал, что спичками и камфорой можно будет освещать дорогу среди деревьев. Но чтобы зажигать спички, я должен был бросить сучья, набранные для костра; нехотя мне все же пришлось это сделать. И тут у меня возникла мысль, что я могу позабавить наших друзей, если подожгу брошенный хворост. Позже я понял, какое это было безумие, но тогда подобный маневр показался мне отличным прикрытием нашего отступления.

Не знаю, задумывались ли вы когда-нибудь над тем, какой редкостью бывает пламя в умеренном климате, там, где нет человека. Солнечный жар почти не способен зажечь какое-нибудь дерево даже в том случае, если капли росы, словно зажигательные стекла, собирают его лучи, как это иногда происходит в тропиках. Молния убивает, но редко служит причиной пожара. Гниющая растительность тлеет от теплоты внутренних химических реакций, но не загорается. А в этот период упадка было позабыто само искусство добывания огня. Красные языки, лизавшие груду хвороста, были для Уины чем-то совершенно новым и поразительным.

Она хотела подбежать и поиграть с пламенем. Вероятно, Уина даже бросилась бы в огонь, не помешай я ей сделать это. Я схватил ее и, несмотря на сопротивление, увлек за собой в лес. Некоторое время костер освещая нам дорогу. Потом, оглянувшись назад, я увидел сквозь частые стволы деревьев, как занялись ближние кустарники и пламя, змеясь, поползло вверх по холму. Я засмеялся и снова повернулся к темным деревьям за моей спиной. Там царил полнейший мрак, а Уина судорожно прижималась ко мне. Однако мои глаза быстро освоились с темнотой, и я достаточно хорошо видел, чтобы не натыкаться на стволы. Над головой было черно, и только кое-где сияли клочки серого неба. Я не зажигал спичек, потому что руки были заняты. На левой сидела малышка Уина, а в правой я держал лом.

Некоторое время я не слышал ничего, кроме треска веток под ногами, легкого шелеста ветра, своего дыхания и биения сердца в ушах. Затем я услышал позади какой-то стук или топот. Тем не менее я продолжал идти вперед. Топот становился все громче, и вместе с ним долетали странные звуки, которые я уже слышал в Подземном мире. Очевидно, за нами гнались морлоки. Буквально в следующее мгновение я почувствовал, как кто-то дернул меня за одежду, а потом за руку. Уина задрожала и притихла.

Именно сейчас необходимо было зажечь спичку. Но чтобы достать ее, я должен был опустить Уину на землю. Я так и сделал, но пока рылся в кармане, около моих ног в темноте началась возня. Уина молчала, и лишь морлоки что-то бормотали. Чьи-то маленькие мягкие руки скользнули по моей спине и даже прикоснулись к шее. Спичка чиркнула и зашипела. Я подождал, пока она не разгорелась, и после этого увидел белые спины убегавших в чащу морлоков. Вынув из кармана кусок камфоры, я приготовился его зажечь, как только начнет гаснуть спичка. Я посмотрел на Уину. Она лежала ничком, обхватив мои ноги, совершенно неподвижно. Со страхом я наклонился к ней. Казалось, она едва дышала. Я поджег кусок камфоры и бросил его на землю. Расколовшись, он ярко запылал, отгоняя от нас морлоков и ночные тени. Я встал на колени и поднял Уину. Из леса позади нас слышалось бормотание огромной толпы.

Скорее всего, Уина лишилась чувств. Я осторожно положил ее на плечо, встал и собрался идти дальше, но вдруг с ужасом осознал всю опасность нашего положения. Совершая маневры со спичками и с Уиной, я несколько раз повернулся и теперь не имел ни малейшего понятия, куда идти. Может быть, я опять шел назад, к Зеленому Дворцу. Меня прошиб холодный пот. Нужно было что-то срочно предпринять. Я решил развести костер и остаться там, где мы были. Положив все еще неподвижную Уину на покрытый мхом пень, я стал торопливо собирать сучья и листья, пока догорал кусок камфоры. Вокруг меня, подобно рубинам, в темноте светились глаза морлоков.