Читаем Тишина полностью

Стянув с себя ботинки и, разумеется, по закону подлости наступив в вышеупомянутую лужу, Август, немного поморщившись, быстрым шагом направился в ванную. Там он повесил куртку на дверь за капюшон и, кинув кофту, промокшую от снега и пота, в корзину для грязного белья, умылся тёплой водой. Щёки горели от мороза, как и покрытые бесчисленным количеством веснушек плечи, которые теперь ещё и покраснели. Долго себя рассматривать юноша не стал. Требовалось как можно быстрее согреться, хотя после улицы и казалось, что дома было не просто тепло, а жарко. Оптимальным решением показалось принятие горячего душа с приятным продолжением в виде чашки чёрного чая с лимоном. Спустя минут двадцать вернувшись в гостиную в уже сухой домашней одежде и с кружкой ароматного цейлонского, он обнаружил кошку спящей на широком подоконнике над батареей. Её чёрная шерсть неопрятно торчала во все стороны, а отдельные, ещё не до конца высохшие пушинки послипались, делая кошку похожей на большую канализационную крысу. Август, бесстрашно поставив рядом с "крысой" чашку, вынул из рюкзака не промокшую, к счастью, книгу, и, усевшись рядом с батареей на выстеленный ковром пол, принялся за чтение. Сегодня на ужин у него была "Гроза" Островского. Эта книга очень сильно напоминала ему об одном человеке, таком близком, какого только можно представить. Вспоминалось, как они вместе лежали летом на траве в деревне у бабушки, где и познакомились, и читали эту самую "Грозу". Это было полтора года назад. Невероятно приятное воспоминание. Вытянув руку и стащив с подоконника чашку, парень сделал крупный глоток горьковатого чая и погрузился в чтение с головой. Он будто вновь проживал тогдашние эмоции, а в груди болезненно кольнуло, почему-то от этого захотелось улыбнуться. Август этому желанию, естественно, не стал противиться. Он более не грустил по тому, что осталось в прошлом. Кажется, он, словно вспоминавший молодость пожилой мужчина, с теплотой хранил каждое дорогое сердцу событие.

***

Сосуществовать с кошкой стало пусть и чуть-чуть, но веселее. Она вполне себе осознанно разговаривала на своём пушистом наречии, создавала в доме уют и успела прослыть местным суетологом. Август иногда играл ей на украденной из магазина на другом конце города гитаре, а Сентябрина "подпевала", иногда даже попадая в ноты. Жизнь возвращалась в привычное ленивое русло, исключением было лишь отсутствие хоть какого-то движения на улице, но в остальном всё стало почти точно так же. С кошкой было совсем не одиноко, и иногда Гас клал её в рюкзак и, не застёгивая молнию до конца, шёл так гулять в парк.

С момента, как он здесь оказался, прошло… неизвестно, сколько времени. Снег к тому моменту уже начинал таять, что было свойственно где-то для середины весны. Можно было предположить, что шла вторая половина апреля. Гас больше не пытался считать дни. С наступлением относительного тепла с крыш валились огромные глыбы льда, разбиваясь о расчищенные солнцем дорожки у домов. В эти дни выходить на улицу было не лучшей затеей. Бывало, Елов около недели мог сидеть дома, страшась быть убитым какой-нибудь здоровенной льдиной. Он лишь в компании Сентябрины сидел у окна и наблюдал, как крыши постепенно освобождались от снега и сосулек. Невероятно увлекательное занятие. Неприятно лишь было проснуться среди ночи от грохота и визга разбитой очередной глыбой машины. В такие моменты Август, как правило, вскакивал с постели, перепуганный шумом, и нервно спросонья оглядывался, а после, страдальчески вздохнув, заваливался обратно и засыпал под звуки сигнализации, как под своеобразную колыбельную.

За несколько месяцев было обойдено около сотни улиц и прочитано огромное количество книг. Елову очень нравилось, какой вид принимала его комната. Теперь там была куча всякого интересного барахла всеразличных назначений. Помимо книг и гитары, парень раздобыл, например, виниловый проигрыватель и стопку старых пластинок, под которые вечерами ему нравилось танцевать; какую-то дешёвую светодиодную гирлянду на батарейках с тёплыми огоньками, на которую было приятно смотреть в темноте и даже горшок с комнатным растением, большим таким, у которого ещё листья размером с лопух. Конечно, особого применения этому всему не было, но оно, такое бесполезное и обыденное, почему-то очень радовало. Кошка цветок, кстати, тоже оценила. Ещё в тот день, когда Август только притащил из ближайшей школы монстеру, Сентябрина устроилась спать вокруг её стеблей прямо на холодной и чуть влажной земле. Такого решения Елов понять, конечно, не мог, но и сгонять пушистую не решился – пусть спит себе.

В майский день, ещё спустя некоторое время, молодому человеку вздумалось вдруг сходить в квартиру своего старшего брата. Он сам не понимал своих мотивов. Не понимал, зачем ему туда идти, зачем ползти потом на предпоследний этаж высотки (ехать на лифте было бы попросту небезопасно); не понимал, что он вообще мог там обнаружить, ведь Январь жил один свою чудесную холостяцкую жизнь в почти пустой квартире, но всё-равно почему-то пошёл.