Читаем Тевтонские рыцари полностью

Магистр, как глава исполнительной власти внутри ордена, имел в своем распоряжении пять великих командоров, которые, помимо своих прямых обязанностей, исполняли обязанности членов Совета. Первый из великих командоров — великий командор (Grosskomur), был правой рукой магистра, при котором он состоял постоянно и осуществлял функции старейшины общины. Рангом ниже стоял маршал (Marschalt) — глава орденской армии под высочайшей властью магистра. Во время военных походов маршал отвечал за дисциплину и стратегию боевых действий; во время сражений маршал исполнял при магистре роль начальника штаба, ему помогал в этом один или несколько заместителей маршала. Был там и эконом (Trapier), который отвечал за все, что связано с одеждой, экипировкой, снабжением братьев, на котором также лежали бухгалтерские обязанности. У эконома в подчинении находился брат-госпитальер (Spittlel), который распределял милостыню и отвечал за деятельность странноприимных домов и больничных учреждений ордена; он находится в Эльбинге при самом крупном госпитале ордена в Пруссии. Наконец, казначей (Tressler) распределял доходы ордена и контролировал расходы.

Указания магистра исполнялись целой командой назначенных офицеров, при необходимости освобождаемых им от должности. В провинциях во главе командорств стоял великий командор (Grosskomtur), он и был хозяином провинции (Landmeisler) в Германии, что подтверждается его званием «немецкий хозяин» (Deutschmeister или Magister Germaniae). У Пруссии был особый статус: она зависела непосредственно от магистра, который там находился с 1309 г. В каждой провинции была своя администрация, осуществляющая управление. Заместителем великого командора был маршал, который командовал армией провинции во время крупных операций, требующих объединения военных сил ордена. Маршалы провинции подчинялись маршалу ордена. В каждую провинцию входили «региональные провинции» или округа (Ballei), разделенные, в свою очередь, на мелкие командорства — основу орденской организации.

Все командоры провинций и высокопоставленные лица ордена собирались для обсуждения вопросов на генеральном капитуле. Генеральный капитул был высшей властью внутри ордена, он играл роль законодательной власти наряду с великим магистром, который осуществлял исполнительную власть. Именно генеральный капитул отвечал за все нормативные вопросы внутри ордена, он рассматривал и утверждал все назначения. Наконец, капитул в некоторых случаях осуществлял судопроизводство. Магистр подавал предложения капитулу, который в большинстве случаев их утверждал. В противном случае обе стороны старались найти приемлемый для всех компромисс. Генеральный капитул пользовался широкой властью и далеко не малыми полномочиями: он мог, в рамках строго определенной процедуры, снимать с поста самого великого магистра, ежели последний не справлялся со своими обязанностями. Так произошло в 1293 г. со смещением магистра Герхарда фон Мальберга, а также в 1413 г., когда с согласием императора и папы магистр Генрих фон Плауен, избранный в 1410 г., был отстранен от должности. Условия смещения магистра были уточнены во время общего капитула 1297 г.: общий капитул имел право потребовать, чтобы магистр предстал перед ним в случае невыполнения своих прямых обязанностей или нарушения Устава, а в случае неявки после трех вызовов, магистр ipso facto отстранялся от должности.

* * *

Власть магистра и строгой административной иерархии распространялась на братьев ордена, которые делились на несколько категорий. Элита братьев ордена была представлена братьями-рыцарями (Ritter-bruder), обязательно благородного происхождения, которые подчинялись только магистру или его представителям. Долго спорили об обязательной принадлежности братьев-рыцарей к немецкой национальности. Тексты, которыми мы располагаем, этого не подтверждают. Булла папы Целестина II от 1143 г. указывает только на то, что настоятель монастыря ордена должен владеть немецким языком; что касается устава ордена, то он требует, чтобы братья-рыцари быть дворянами, подданными или вассалами Священной империи. В самой же Священной империи многие княжества не являлись немецкоязычными или не только немецкоязычными, например: Трентино, Богемия, Баруа и Лотарингия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческая библиотека

Похожие книги

100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука
Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное