Читаем Темноборец полностью

Трибуны разделились на два противоборствующих лагеря. Оказалось, что среди эльфов были как сторонники, так и противники генералиссимуса. Видимо, после разговора в бассейне доверие к военачальнику пошатнулось. Сарафанное радио донесло информацию о его позоре до самых дальних уголков эльфийского гидрополиса.

Аннато со скрежетом вынул свой меч из ножен и откинул их в сторону. Алексиков последовал его примеру. Эльфы бросились друг на друга и скрестили мечи. Каждый из них мастерски отражал удары. Многолетняя практика фехтования была заметна с первого взгляда. Колющие и режущие удары искусно парировались. Казалось, никто из противников не способен одержать преимущество.

Очередной выпад Аннато позволил ему прикоснуться к руке Алексикова и нанести ему легкий порез. Алексиков отступил на несколько шагов и споткнулся. Генералиссимус почувствовал, что это его шанс и ринулся на противника с боевым кличем. Но Алекс вовремя взял себя в руки и отразил серию мощных ударов. Теперь уже генералиссимусу пришлось отступать.

Серии успехов и неудач эльфов сопровождалась бурной реакцией трибун. Аннато старался не обращать на все это внимания. Его делом было прикончить Алексикова. Симпатии трибун не имели ровно никакого значения.

Андрей случайно пересекся с генералиссимусом взглядами и почувствовал, как тот слабеет. «Чем я могу помочь?» – спросил себя темноборец, и тут же узрел очевидный ответ: «Ничем». Андрей снова молитвенно сложил руки. Он готов был занять место Аннато, чтобы тот победил, но правила турнира не предполагали замен. Да и какой из Андрея фехтовальщик? Стопарин скептически улыбнулся, подумав о своих сомнительных боевых достижениях.

Трибуны взорвались криком. Аннато резанул Алекса по ноге и замахнулся, приготовившись нанести сокрушительный удар в грудь. Последнее движение было ошибочным. Следовало выждать момент. Открывшись, чтобы нанести удар, Аннато подставился сам. Алексиков, переборов боль, через силу наступил на раненую ногу, сделал выпад с неожиданной стороны и с силой воткнул свой меч в правое плечо генералиссимуса. Клинок вошел глубоко. От боли Аннато выронил оружие и пошатнулся. Алексиков кивком приказал ему поднять свой клинок.

Аннато медленно наклонился за мечом и поднял его левой рукой. Правая бездействовала. Клинок Алексикова повредил вращательную манжету плеча. Боль отдавала в кисть, не позволяя поднять руку.

Следующий удар Алексикова снова выбил меч из руки Аннато. Правой рукой сражаться было сподручнее. «Поднимай», – указал Алекс очередным жестом. Безоружного убивать неучтиво.

Аннато взмахнул мечом, окончательно не разогнувшись. От неожиданности Алексиков пропустил удар, пришедшийся ему во вторую ногу. Алекс упал на колено. Алая кровь струей хлестала из его раны. «Вставай», – произнес Аннато, проявляя к противнику симметричное уважение.

Алексиков поднялся с пола, понимая, что едва стоит на ногах. Противники перекинулись взглядами, но ударов не следовало. Они просто стояли, озлобленно пялились друг на друга и пытались справиться с бушующей в организме болью.

Первым ударил Алексиков. Аннато позволил себе непростительную медлительность и пропустил удар. Клинок острием прикоснулся к груди генералиссимуса и вошел в мягкие ткани на полтора-два сантиметра. Аннато отступил на несколько шагов, приготовившись к очередному удару. Обманным движением Алексиков нейтрализовал очередной блок генералиссимуса и ударил его ребром меча в шею.

Аннато рухнул на пол. Ярко-алая кровь фонтанировала из его шеи синхронно с пульсом. Разрезана шейная артерия. Если даже эльф выжил после такого удара, он умрет в течение нескольких минут от значительной кровопотери. И никому в голову не придет оказывать ему медицинскую помощь. Эльфы помнят о великой цели Ежегодного эльфийского турнира.

Андрей закрыл лицо руками. Через несколько минут, вместе со смертью Аннато, возможно, наступит конец благосклонности эльфийского народа к темноборцам. Капэйн!

– Папа! Отец! – закричал непонятно откуда возникший Вильгельм и выбежал на Арену.

Алексиков поймал его за руку, не позволив подойти к умирающему Аннато:

– Он не твой отец.

– Пусти! – завопил Вильгельм, стараясь побольнее впиться ногтями в кожу Алексикова, но Алексиков был непреклонен.

Вильгельм привык подчиняться, но это был не тот случай. Он вырвался из рук Алекса, наступив ему на больную ногу, и подбежал к отцу. Алексиков презрительно сплюнул, отошел от мальчика и взял в руки микрофон.

– Граждане! – закричал Алекс. – Объявляю сегодняшний Ежегодный эльфийский турнир последним! Уверен, вы назовете его в мою честь. Последний турнир Алексикова! Если кто-то со мной не согласен, можете спуститься на поле боя и доказать свою правоту клинком!

Трибуны молчали. Больше не за кого было сражаться. Аннато мертв, а значит, эльфийскому гидрополису в любом случае нужен правитель. И если первая реформа самопровозглашенного генералиссимуса дарует эльфам жизнь, то почему они не должны поддерживать такое правление?