– А еще что-нибудь о них можете вспомнить, мисс? – спросила я. – Что стало потом с этими сестрами?

Мадам Лавлейс отрицательно покачала головой, затем закашлялась, а перестав кашлять, неожиданно заговорила опять:

– Та старшая девочка… Сара, да? – Я поспешно закивала головой. – Она хотела стать портнихой. Стала или нет, не знаю. Младшая… О ней я ничего не знаю. А может быть, что-то и знала, но забыла.

Согревавший мое сердце огонек если и не угас совсем, то стал гораздо слабее. Уже не первый раз мы, можно сказать, вплотную подбирались к разгадке жизни нашей мамы и всегда останавливались в каком-то шаге от этого, словно наткнувшись на невидимую стену. Казалось, что наша мама сама не хотела, чтобы мы узнали о ней что-нибудь.

Айви, должно быть, тоже поняла, что ничего больше мы от нашей древней исторички не добьемся, и сказала:

– Спасибо, что уделили нам внимание и время, мисс.

– Не стоит благодарности, – ответила мадам Лавлейс. – А теперь, с вашего позволения, я дам своим глазам еще немного отдохнуть…

Мы вышли в коридор и прикрыли за собой дверь класса.

– Только время зря потратили, – с горечью заметила я. – Можно было догадаться, что у нее в памяти один скрип на палочке остался.

Я взглянула на часы. Большой перерыв на ланч заканчивался, вот-вот дадут звонок на следующий урок.

– Неправда, мы хоть что-то, но узнали, – возразила Айви. – А это всегда лучше, чем ничего.

– Айви права, – вступила в разговор Ариадна. – У нас есть зацепка, от которой можно танцевать дальше!

Айви посмотрела на нее с тем же недоумением, что и я сама.

– Ну, узнали мы, что у нас есть тетя, которая хорошо шьет, и что дальше? – спросила она.

– А то! – ухмыльнулась Ариадна. – Вам известно, что делают леди, которые зарабатывают себе на жизнь шитьем платьев?

– Ну… – протянула я, глядя себе под ноги, – продают их.

– Вот! – щелкнула пальцами Ариадна. – Очень даже может быть, что ваша тетя открыла свой модный салон. А это значит, что мы можем попробовать найти ее!

– Но как? – удивилась Айви.

Знаете, у меня иногда возникает такое ощущение, что Ариадна – это мозговой центр нашей команды, а мы с Айви – так… на подхвате. Впрочем, говорить об этом Ариадне я не спешила – еще зазнается, мухи дрессированные.

– Когда моя мама хочет сшить себе новое платье, она выбирает портниху по объявлениям в местном справочнике. Если Сара не уехала далеко от этого места и тоже дает такие объявления, мы сможем ее найти, – сказала Ариадна. Она сияла. Она была ужасно довольна собой.

– Решено, идем в субботу на почту, – распорядилась я. – Будем искать нашу тетю по справочникам.

Итак, у нас появился шанс найти свою тетю. Довольно призрачный шанс, но если нам улыбнется удача, мы сможем наконец выяснить, кем же была на самом деле наша мама.

<p>Глава двадцать седьмая. Айви</p>

До конца недели гадкие письма получили еще многие в нашей школе. Миссис Бриггс, тренер по хоккею на траве, получив такое письмо, вышвырнула в окно свою клюшку. Я слышала, что некоторые старшеклассницы по совету миссис Найт не вскрывали полученные письма, а несли их прямо к ней, а она немедленно бросала конверты в горящий камин. Мне это было непонятно, я не могла себе представить, как это можно не вскрыть присланное тебе письмо – хотя бы из чистого любопытства.

В среду приехал первый родитель, пожелавший забрать свою дочь домой.

Мы стояли на галерее над вестибюлем и наблюдали, как приехавший за дочерью отец что-то сердито выговаривал миссис Найт, а та повторяла как заведенная:

– У нас в школе совершенно безопасно! У нас в школе совершенно безопасно!

Но тот настоял на своем и увел свою дочь в машину. Судя по выражению лица девочки, она ничего против этого не имела.

Потом был еще телефонный звонок Ариадне. Нам разрешили в это время посидеть в офисе, и мы слышали то, что отвечала в трубку Ариадна.

– Привет, пап!

…

– Нет, у меня все прекрасно, приезжать нет никакой необходимости.

…

– Да, кое-что здесь происходит, но я в полном порядке. Кроме того, рядом со мной всегда Скарлет и Айви.

…

– Да что ты, прекрати! Кому нужно выталкивать меня из окна?

…

– Ладно, обещаю держаться дальше от окон. И от дверей, и от лестниц, и от чего угодно.

…

– Нет, приезжать не нужно. Совсем не нужно.

…

– Хочешь, чтобы я напомнила мамочке про петунии?

…

– Ну вот и договорились.

…

– И я тебя, папочка. Пока.

Я понимала, что это глупо, однако ждала, не услышим ли мы что-нибудь от нашего отца. Но Скарлет права: если он и раньше никогда не заботился о нас, то с чего вдруг начнет делать это сейчас?

В четверг приезжали родители других девочек, чтобы забрать их из школы. Говорили, что чья-то мама закатила при этом скандал из-за своего пропавшего пони – очень дорогого и породистого – и заявила, что подаст на школу в суд. К облегчению Розы, большинство разбежавшихся лошадей удалось найти, однако не всех…

Все больше родителей приходили к выводу, что наша школа ни за кем не может присмотреть – ни за их дочерями, ни даже за пони.

В пятницу после собрания мы со Скарлет получили письмо от нашей чудаковатой тетушки Фебы.