По-моему, Ариадне очень понравилось, как прошел ее день рождения. Она даже попросила за ланчем добавку пудинга, чем весьма удивила наших поварих. Мне было ужасно неловко, что мы с Айви ничего не смогли подарить Ариадне, и я пыталась возместить это тем, что дружески похлопывала ее по плечу и спине. Когда я собралась сделать это в пятый раз, Айви перехватила мою руку и велела остановиться.

Потом нас, как всегда в воскресенье, повели в церковь. Священник долго и монотонно бубнил проповедь, во время которой я едва не уснула. Вообще служба была очень скучной, мы все слегка оживали только тогда, когда нужно было спеть очередной псалом. Это мы делали во весь голос и с большим энтузиазмом.

Когда я ложилась спать, настроение у меня было немного лучше, чем обычно в последние дни.

А вот мои сны в ту ночь приятными не были. В кошмарах меня преследовала тень, которая наблюдала за мной повсюду – сквозь замочную скважину и трещины в двери, из-за каждого угла и даже через дырочки в потолке. И носилась эта тень черным облаком на своих высоких звонких каблуках.

<p>Глава двадцать пятая. Айви</p>

Следующая неделя началась с экстренного собрания.

Мы все знали, о чем пойдет речь. Рыдающие школьницы и дерущиеся в коридоре учителя – такое, согласитесь, трудно не заметить и нельзя оставить без внимания.

Своими длинными предисловиями миссис Найт никого утомлять в этот раз не стала. Она выглядела осунувшейся, уставшей, под глазами у нее появились лиловые мешки – очевидно, наша директриса сильно не высыпалась в последнее время.

– Девочки, – сказала миссис Найт, – конечно, все вы слышали о нехороших письмах. Если кто-то из вас получит письмо, помните: самое главное – не вскрывать его.

– Любое письмо, мисс? – подняв руку, уточнила Надия. – Даже из дома?

– Любое, – твердо сказала миссис Найт. – Я сама буду просматривать все письма, которые приходят в школу, «Совсем как при мисс Фокс», – подумала я.

– Если кто-то оставит письмо у вас в комнате или на вашей парте, – продолжила директриса, – принесите его мне. Не вскрывая. И не читая. Это понятно?

– Да, мисс, – хором откликнулись мы.

Я оглядела зал. Мисс Дэнвер и мисс Саймонс отсутствовали. Возможно, здесь не было и еще нескольких преподавательниц.

– Сегодня утром было несколько звонков от встревоженных родителей, – вновь заговорила миссис Найт. – Очевидно, им пришли такие же письма.

Надия вновь вскинула руку и на этот раз даже помахала ею в воздухе от нетерпения:

– А что было в тех письмах, мисс?

– Они были посланы человеком, который подписался «Доброжелатель», – после небольшой паузы сообщила миссис Найт. – В письмах описаны произошедшие в нашей школе события последнего времени, и… – Она сняла очки, потерла пальцами виски и со вздохом добавила: – А дальше родителей уверяют в том, что Руквудская школа стала опасным местом, и предлагают им немедленно забрать своих детей домой.

По залу прокатились шепотки и негромкие ахи-охи. Что, если родители на самом деле начнут забирать своих дочерей из школы? Ну, правда, не все, конечно, родители это сделают. Например, наш отец.

И даже если письмо получит мачеха? – через две минуты от этого письма в камине останется лишь кучка пепла.

– Спокойно, – сказала миссис Найт, выпрямляясь и пытаясь улыбнуться. – И без паники. Мы не верим, что наша школа стала опасным местом.

Они не верят?!

– Хотя я советую всем вам, девочки, проявлять бдительность относительно писем, – продолжила миссис Найт, – никакая непосредственная опасность вам не угрожает. Все и дальше будет идти своим чередом, все будет нормально.

Клара подняла руку, а затем, словно опасаясь, что ее не заметят, поднялась на ноги. Все повернули головы в ее сторону.

– А как насчет того, что случилось с Джози? – спросила она. – Мы ведь до сих пор не знаем, кто вытолкнул ее из окна.

После этого начался шум, сидевшие в зале преподавательницы начали всех успокаивать, но у них ничего из этого не вышло.

Следом за Кларой с места вскочила Пэнси Дженсон, староста одного из старших классов, и сердито выкрикнула:

– А что насчет лошадей, мисс? Некоторых до сих пор не нашли!

Тут уж все, кто сидел в зале, сорвались на крик.

– Тихо! Успокойтесь! Замолчите! – призывала миссис Найт.

Тщетно, само собой.

Никто ее не слушал, и каждый кричал о своем.

Кто-то – о «гадких письмах», кто-то – об убийце, который вышвыривает школьниц из окон, кто-то – о пропавших лошадях и пони, а соседки Ариадны по комнате – быть может, и о призраке с пишущей машинкой. Одной рукой я заткнула себе ухо, а второй продолжала крепко придерживать Скарлет – на тот случай, если она не утерпит и решит броситься в самый центр заварушки.

А когда шум и крики достигли своего апогея, над залом вдруг прокатился громовой голос, заставивший всех нас вздрогнуть и прикусить язык:

– Всем умолкнуть! Немедленно!!

Крики сменились испуганным шепотом. Все, кто стоял, медленно стали садиться на свои места. А кто кричал, вы уже догадались? Точно, это мадам Зельда всех утихомирила, выйдя к самому краю сцены.