Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


Сидя на голом деревянном полу, Ваал чистил меч. Давным-давно он взял за правило ежедневные упражнения с холодным оружием, которые не позволяли ему терять приобретенные навыки. Перед занятиями он обычно смахивал пыль с меча, затем замирал на продолжительное время концентрируя внимание на заоблачных далях, недоступных взгляду. Достигнув нужного состояния, Ваал медленно поднимался, становился в исходную позицию и действо начиналось.



С закрытыми глазами он делал первый шаг, тонкое лезвие рассекало воздух, оставив в нем легкий серебристый след. С первого движения начинается все. Бесшумно ступая по полу Ваал исполнял завораживающий грациозно-смертельный танец. Серебряный вихрь перемещался по комнате, огибая всё и не касаясь ничего. Осторожная и настойчивая музыка стали задавала неведомый ритм и каждый раз он был совершенно иным, отличным от предыдущего. Глаза танцующего всегда были закрыты до тех пор, пока он не опускался вновь на пол и так происходило изо дня в день.



Тяжело дыша, Ваал отдыхал от своего многочасового танца. Меч Силы, вложенный в ножны, лежал перед ним, освещаемый последними лучами заходящего солнца. Небольшое окошко с мутными стеклами всегда старалось в конце дня собрать как можно больше посланцев дневного светила. За его спиной под натиском сквозняка тихо скрипнула незапертая дверь и в комнату ворвался дикий, необузданный морской ветер. Он пах солью, необъятными просторами моря и свободой, ветер закружился прозрачным вихрем по комнате, поднимая вверх мелкие предметы и выметая из углов пыль. Ваал знал, что до моря очень далеко и не впадая в романтические мечты, потянулся к мечу, но ветер подхватил оружие, переместив его в недосягаемую для рук точку пространства.



Ветер захохотал и Ваал увидел, как в углу комнаты появляется огромная Синяя Бабочка, которая закружила по комнате, опутывая все нитями прочного синего шелка. Как Ваал не уклонялся от липких, моментально застывающих пут, он все же попал в них, а бабочка начала кружить вокруг него запутывая его в кокон. Когда он упал на пол, Синяя Бабочка исчезла, а вместо неё, возникнув из ветра, появилась призрачная фигура Саторна.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее