Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

ны и ухабы, которыми сопровождался выезд моего такси по максималь-

но укороченному маршруту из города. Уже на подъезде к Бахчисараю

уровень зубной боли был даже выше, чем утром этого дня. Я только что

не выл, подскакивая на каждой выбоине шоссе. Когда мы наконец подъе-

хали к дому, я был в состоянии полной прострации, с сильно выраженным

эффектом «ухода в себя». Я чуть не забыл сумку в машине, но про афишу,

кинутую к заднему стеклу, забыл начисто. Так я лишился явного рарите-

та, аналогов которому вряд ли найдется, и впоследствии даже не расска-

зывал об этом супруге, боясь вызвать ее карающий гнев по поводу утери

такой святыни.

Дома мой внешний вид и неадекватное подергивание лица сначала вы-

звали у жены и тещи противоречивую реакцию: в этом они увидели призна-

ки развившегося алкоголизма, но, узнав правду, семья успокоилась, и я в со-

провождении жены срочно выехал в центральную горбольницу, где всегда

круглосуточно дежурил стоматолог. Там, на мое счастье, оказалось малолюд-

но, и немолодой седовласый врач, осмотрев мой клык и догадавшись, что мне

не сладко, обколол его анестезией, быстренько вскрыл, промыл лекарством

и отправил меня домой, уверив, что поесть я смогу, а утром без промедле-

ния – к врачу. Мне снова полегчало, я даже смог запихнуть в себя несколь-

ко знаменитых тещиных куриных котлет, изготовленных в честь моего при-

езда, и шарахнуть с тестем несколько рюмок водки, отчего потом уснул сра-

зу и без сновидений.

Утром всю инициативу по моему выздоровлению взяла на себя теща.

Она еще работала тогда в бухгалтерии Нахимки, начисляла всему училищу

зарплату, а потому пользовалась заслуженной известностью. Использовав

связи по полной программе, она живенько с самого утра договорилась с та-

мошним стоматологом, по рассказам, сущим чародеем по части зубов, и пе-

резвонив домой, срочно вызвала меня к 11 утра в училище. За полчаса до сро-

ка я начал движение в направлении чуждого мне по убеждениям командного

училища. Жила семья моей жены в районе самой Стрелки, на ул. Надежды

Островской, и ходу до КПП Нахимки, где меня ждала теща, было минут пят-

надцать.

Теща встретила меня и, проводив до санчасти, вверила рукам врача,

который оказался здоровенным мужиком с огромными волосатыми рука-

ми, торчащими из засученных рукавов халата. Как и все большие люди, он

был добродушен и улыбчив. Пощелкав по моему зубу всевозможными ин-

струментами, он отправил меня на рентген, а получив снимок, с широчен-

ной улыбкой констатировал, что зуба-то у меня уже и нет. Осталась только

оболочка с перегнившей сердцевиной. И это надо удалять. Я обреченно со-

гласился, хотя до этого зубы мне еще никогда не рвали, разве только в мо-

лочном детстве. Но все прошло на удивление гладко. Зуб, наверное, и правда

был уже полумертвый, и вырывание клыка прошло без видимых страданий

и болей. Набив рот тампонами и невнятно пробормотав слова благодарно-

сти врачу, я покинул лазарет училища и зашел отметиться к теще в бухгал-

терию. Там я заслушал плановую серию охов по поводу моих страданий, был

203

П. Ефремов. Стоп дуть!

оценен группой тещиных сослуживиц на предмет соответствия меня моей

жене и самостоятельно отправлен на выход.

Вырвавшись из бухгалтерии, я двинул было к КПП, но, передумав, рез-

ко взял в сторону. Вспомнив про низко-дырявый забор училища, я просек,

что могу сократить дорогу домой почти вдвое, просто перепрыгнув через за-

бор в нужном месте. Что я и отправился исполнить.

Чтобы продолжить повествование, придется сделать небольшое «ли-

рическое» отступление. Что такое севастопольская комендантская служ-

ба тех лет, людям знающим объяснять не надо. Чернопогонная, красно-

просветная диктатура с неограниченными полномочиями и отсутствием

правовых рамок. Правила бал в комендатуре морская пехота, а точнее, те

представители офицеров этого рода войск, которые оказались неспособ-

ны служить Родине в более тяжких условиях. Ну, по крайней мере, так нам

представлялось, да и земля, как говорится, слухом полнилась. Были эти ко-

мендантские орлы как на подбор. Все «гераклы засушенные», у всех сло-

варный запас на уровне полного собрания уставов Вооруженных сил, до-

полнений и пояснений к ним, и самое главное, уверенные в себе, как рим-

ские центурионы. И вот в это спаянное и спитое комендантское братство

во второй половине 80-х годов проник чуждый элемент, да и к тому же со-

всем не морпех. А просто лейтенант. Да еще и выпускник Нахимки. А была

фамилия того лейтенанта Галактионов… По ходившим слухам, курсант Га-

лактионов умудрился жениться на дочке самого коменданта Севастопо-

ля, по любви или по расчету, не мне судить. Ну и само собой, грех было

не воспользоваться такой возможностью и не остаться в славном горо-

де Севастополе продолжать воинскую службу под крылом тестя, а не за-

лезть на долгие годы в какую-нибудь стальную коробку на дальних рубе-

жах Родины.

Кажется, тестю такой вариант не очень понравился, но против счастья

дочери он не пошел, а потому сразу после выпуска из училища однокурсники

Галактионова разъехались по всей стране, а он сел на троллейбус и приехал