Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

он невольно изменился, как изменился и Севастополь, ставший уже со-

всем другим городом…

Карьера, однако…

Карье€ра (итал. carriera – бег, жизненный путь,

поприще, от лат. carrus – телега, повозка) – про-

движение вверх по служебной лестнице, успех

в жизни.

История эта принадлежит к числу тех самых флотских мифов, которые

никто ни подтвердить, ни опровергнуть не может, но все обязательно когда-

207

П. Ефремов. Стоп дуть!

то где-то и совершенно случайно слышали. Точно так же слышал ее и я. А по-

тому прошу простить мне, простому инженер-механику флота, определен-

ное незнание сложной люксовской структуры братьев-надводников и даже

определенный дилентализм в изложении нюансов надводной флотской жиз-

ни. Просто легенда эта стоит того, чтобы ее рассказать, хотя бы потому, что

есть в ней нечто такое, что и на самом деле поможет понять, пусть и не в пол-

ном объеме, что такое Военно-морской флот…

Давно ли, недавно ли, но учился в славном городе Севастополе в ЧВВМУ

им. Нахимова, в начале 80-х годов один кадет. Учился он вроде на ракетчика,

а может, и не совсем, и был столь знатным раздолбаем, что доковылял до вы-

пуска едва-едва, совершив при этом три захода на отчисление, но благода-

ря то ли рабоче-крестьянскому происхождению, то ли воле случая, кортик

свой получил исправно, в срок, в одном могучем строю со всеми остальны-

ми выпускниками.

Но беспутное пятилетие все же аукнулось при распределении. И загна-

ли свежеиспеченного летеху как элемента неблагонадежного и к дальнейше-

му карьерному росту негодного в то место, которое для любого другого вы-

пускника славного училища Нахимова считалось глухой ссылкой: в отдель-

ный дивизион малых ракетных катеров, командиром пусковой установки,

с должностным потолком аж старшего лейтенанта. Надо сказать, что диви-

зион этот базировался не в Севастополе, не в Феодосии, и даже не в самом

Донузлаве, а где-то рядом, на выселках, и представлял собой три устарев-

ших до состояния импотенции ракетных катера времен хрущевских устра-

шений мира.

Вот ведь удивительная штука – военно-морская служба! Для одних

Крым, солнце, природа, теплое море и всегда свежий воздух – просто меч-

та и сказка, а для других – провал и забвение. Интересна и увлекательна,

наверное, служба офицера-надводника… Но не об этом разговор…

Отгуляв свой положенный лейтенантский отпуск, обреченный лете-

ха прибыл в свой дивизион. Представился, как положено по Корабельному

уставу его командиру, аж целому капитану 3 ранга, затем своему командиру

катера, умудренному опытом капитан-лейтенанту, и впрягся в корабельную

рутину. Так и завертелось: отколупывание ржавчины от катера-ветерана,

непрекращающаяся покраска всего, что не движется, написание горы пла-

нов на все случаи жизни, ну и, само собой, ежедневный телесный осмотр лич-

ного состава на предмет следов вшивости и отсутствия членовредительства.

Был он на умирающем дивизионе единственным лейтенантом, а посему пи-

нался озлобившимся на жизнь командиром дивизиона нещадно, по поводу

и без оного. От всего этого состояния перманентного насилования и хрони-

ческой жизненной безысходности в редкие часы схода на берег летеха за-

ливал свое беспросветное существование дешевым крымским портвейном

«Приморский», закусывая его сочными караимскими пирожками и пуская

по ночам скупую мужскую слезу на пахнущие терпкой лавандой упругие

груди гарнизонных куртизанок. Так бы, наверное, и служил он до седых во-

лос и самопроизвольного вытекания соплей, если бы не одно историческое

для флота знаменательное событие…

В этот же год могучий советский ВПК родил очередной, не побоюсь

этого слова, шедевр военно-морского кораблестроения. Со стапелей горо-

да Николаева, сошел первый тяжелый ракетный крейсер «Слава», позд-

нее за свою дремучую убойную силу прозванный натовцами «ракетным

208

Часть вторая. Прощальный полет баклана

оскалом социализма». И вот, пройдя кучу ходовых испытаний, отбороздя

на всех ходах черноморские полигоны, крейсер подошел к самому главно-

му: испытанию своих могучих ракетных систем. Советские кораблестро-

ители не зря славились своим умением всунуть максимально возможное

количество оружия в заданный свыше объем, поэтому «Слава» предна-

значалась для уничтожения не просто одного отдельно взятого авианос-

ца, а, чего уж стесняться, всей авианосной группы со всеми шаландами

в окрестности.

В связи с этими возможностями крейсера на полигоне распихали деся-

ток отслуживших свое кораблей-мишеней, а на отстрел этих ветеранов ре-

шил прибыть сам главковерх Горшков со всей своей штабной свитой. Да еще

и «зеленых» краснолампасников прихватили с полтора взвода, хвастануть

обновкой. Для комфортабельного вывоза всей этой оравы отдраили штаб-

ное судно «Эльбрус», придав его внешнему и внутреннему виду глянец, до-

стойный московской золотопогонной братии. В целях секретности и безо-

пасности все страны, суда которых, случайно или нет, могли забрести в рай-

он стрельб, загодя предупредили об учениях и для пущего страха натыкали

вокруг полигона корабли Черноморского флота. А так как и стрельбы пред-