Читаем Степное проклятье полностью

Зачем было лезть на рожон снова и вызывать глухое недовольство людей, от которых зависели поставки солдат и продовольствия, ей лично было непонятно. Разве можно было иначе чем издевательством считать приглашения, разосланные в день самой коронации? На месте приглашенных она бы так и подумала, но она была в том ужасном положении, когда ни во что вмешиваться не могла. Она бы уже давно покинула замок, где её родного сына собирались прилюдно обвинили в измене, и вместе с Алеком возглавила мятеж, но она была прикована к своей дочери, не имела права оставить ее в том беспомощном положении, в котором девочка находилась.

Ну что же, вольно было Шпиону начинать своё правление с издевательского политического жеста, посмотрим, насколько ему это пройдет безнаказанным, подумалось Элине. А впрочем, до сих пор ему сходили с рук все его проделки, большие и малые, так чего же или кого же он должен бояться? Уж точно не её, вдову бывшего короля, женщину без голоса и, по сути, приживалку в еще недавно собственном замке. Вся её поддержка была – слуги, которые любили её, замковый лекарь, кое-кто из солдат, да жены двоюродных племянников короля, которые ничего не смыслили в политике и говорили только о вышивках и непослушании слуг.

На церемонию коронации она не пошла, но из окна спальни ей все было видно и слышно. К сожалению. Потому что не хотелось ей всего этого видеть и слышать. Но некуда было спрятаться от пронзительного голоса королевского глашатая, от криков из толпы, от самодовольных речей Шпиона, от ответных криков.

Она теперь покидала комнату только, чтобы раз в день принести себе поесть, да и то делала это либо рано утром, либо поздно вечером, когда жизнь замка уже замирала. Напряженно прислушивалась ко всем звукам, доносящимся из коридора. Ждала самого главного для себя звука, скрипа открываемой двери в спальню дочери. Девочка могла вернуться с задания священников в любую минуту, а могла и задержаться надолго.

Накануне вечером Ива сказала Элине, что священники снова посылают их в Черный Лес, как это уже бывало раньше. Но вот чего не было раньше, так это особого испытания, которое они должны были выдержать в лесу на этот раз. Если выдержат испытание, главный священник замка посвятит их в священники. Десять детей со всего королевство дожили до главного испытания после почти полугода подготовки, и теперь каждый из них получил особое задание в лесу. Элина была единственной девочкой, которая добралась до заключительного испытания.

Элина пыталась добиться от Ивы хотя бы каких-то подробностей о задании, но девочка молчала. Однако, она пообещала матери, что как только она вернется в замок, они покинут его. Она клялась, что задание позволит ей узнать, что именно священники ищут в лесу. Скрепя сердце, Элина отпустила девочку и теперь ей ничего не оставалось, как только, замирая от страха и надежды, прислушиваться к звукам из коридора, доносящимся сквозь замочную скважину. Впрочем, девочка могла проникнуть в комнату и через окно, как в ту страшную осеннюю ночь, и об этом Элина могла узнать только по мерцанию свечи в окне девочки.

Церемония коронации закончилась пьяным разгулом, гораздо более диким, чем после похорон Томана. Под окнами бушевал праздник, с гоготом и пьяными песнями, которые сменились драками и проклятьями.

В середине ночи, когда она задремала несмотря на шум за окном, сидя в кресле у двери, её вырвал из дремоты бешеный стук в дверь. Она вся сжалась от ужаса и онемела.

– Я знаю, что ты там. Открой королю, – услышала она пьяный голос Шпиона.

Она была совершенно не готова к встрече с ним и понятия не имела, что делать.

– Хочешь, чтобы я приказал выломать дверь? – его голос раздался у самой замочной скважины, наглый, насмешливый и одновременно злобный.

Она положила руку на задвижку, принимая решение. Он снова сильно пнул дверь. Она выдержала паузу и отодвинула задвижку. Когда он снова пнул дверь ногой, она распахнулась, и он чуть не упал, лишившись опоры. Элине на секунду стало смешно при виде его растерянного лица, и страх прошел.

– Считаешь себя особенной? Вся семья присягнула мне на верность, а ты не соизволила явиться, – глядя на нее сверху вниз, процедил Шпион.

– И ты пришел сюда посреди ночи сказать мне об этом? – выпалила она, и тут же пожалела о сказанном. Не нужно было еще сильнее злить его, ведь ей необходимо было во что бы то ни стало выиграть время, чтобы прожить в замке относительно тихо и незаметно, чтобы дождаться Ивы.

– Явился, – Он расправил плечи, но пошатнулся, потому что был сильно пьян. – И понял, что ничего не изменилось. Ты как выбрала быть при своем мнении, так и осталась с этим. А зря.

Он смотрел на нее свысока, скрестив руки на груди и самодовольно ухмыляясь.

– Я ведь, если бы захотел, мог бы жениться на тебе, – сказал, а потом сделал эффектную паузу. – А что. Вернула бы сыну статус законного принца. Если бы он раскаялся и заслужил прощение, стал бы со временем моим наследником.