Читаем Степняк (СИ) полностью

  - Ничего, - отмахнулся Эзра, неприятно царапнутый напоминанием о своем положении. Сам он иногда забывал об этом, проводя ночи с любовником уже скорее по собственному желанию, нежели повинуясь договору, однако первоначальная подоплека то и дело напоминала о себе. - Так ты говоришь, что Сансар отменил эту традицию? Вот же сволочь!

  - Между прочим, - произнесли от входа, - ты сейчас о вожде говоришь. Назар, свободен.

  Юноша быстро выскочил из шатра, правильно догадавшись, что произойдет дальше и намереваясь находиться в этот момент как можно дальше от этого места. Старая истина о том, что в семейные ссоры постороннему встревать не стоит, была известна и здесь.

  - "Общий круг", значит, - с угрожающими нотками в голосе произнес Эзра, прожигая взглядом ничуть не обескураженного кочевника. - И ради меня ты был готов возродить эту славную, но отмененную традицию?

  - Почему бы нет? - с деланной серьезностью поднял бровь степняк. - Всегда есть место исключениям, не находишь?

  - Не в этом случае, - отрезал Эзра. - Если уж ты покусился на древний обычай,

  значит, он казался тебе настолько варварским, что ты бы никогда не вернулся к нему. Что было бы, если бы не принял твои условия, Сансар?

  - Я бы оставил тебя здесь, в шатре, - неохотно ответил степняк, укладываясь на спину и прикрывая глаза. - Ты прав, свою угрозу я бы не выполнил, мне вообще неприятна мысль, что к тебе может прикасаться кто-то другой. Но и не отпустил бы...

  - Взял бы силой? - чувствуя невыносимый прилив ярости, спросил Эзра. Вождь, не открывая глаз, отрицательно покачал головой.

  - Мне это не интересно. Я обманул тебя, это правда, но условия договора остаются в силе. Кроме одного. Если не хочешь - я больше не прикоснусь к тебе.

  - Скажите, какое благородство! - прорычал взбешенный советник, ярость которого парадоксальным образом лишь усилилась при последних словах. - А то, что ты тут со мной вытворял не в счет, да? Рассчитывал наиграться за три месяца, а уложился в один и рад слинять? Гад ты последний! Я сейчас покажу тебе договор!

  Сансар с неприкрытым изумлением воззрился на разъяренного любовника. А тот, двигаясь по-звериному быстро, внезапно оказался рядом, опускаясь на колени и упираясь ладонями в шкуры по обе стороны от головы опешившего кочевника. Зеленые глаза полыхали от желания и пожирающей страсти, а плотоядная усмешка, кривившая губы, не предвещала ничего хорошего одной части тела Сансара, которой тот отчетливо ощущал надвигающиеся неприятности.

  - Я тебе устрою "общий круг", - невразумительно пробормотал Эзра, а потом...

  Завязки на штанах они, кажется, все-таки разорвали, не сумев набраться терпения для их развязывания. Эзра как будто заново узнавал тело своего любовника, которое вроде бы успел досконально изучить, но сейчас все открывалось с новой стороны. Знакомый, уже почти родной запах Сансара кружил голову не хуже лучших возбуждающих средств, которые так любили некоторые любовники эрц-герцога, чьих имен он теперь не смог бы припомнить и под страхом смерти. Все воспоминания выпил, уничтожил, загасил сероглазый степняк, раскинувшийся под ним и перебирающий пальцами длинные светлые волосы, щекочущие его живот и бедра. Отобрал привычную жизнь, обманул, подмял под себя - и дал новый смысл, новые просторы, новое дыхание. И "ненавижу" стучит в висках словно "люблю"...

  Он стонет и подается вперед бедрами, стремясь нагнать ускользающую ласку. Капли пота блестят на смуглой коже, и Эзре до дрожи хочется слизнуть их языком, чувствуя солоноватый вкус. Пальцы исследуют каждый сантиметр сильного тела, проникая внутрь, заставляя гордого степняка выгибаться и прикусывать губы, отдаваясь во власть светловолосого любовника. Все непривычно - и все так знакомо, правильно, что разум плывет окончательно, захлебываясь пьянящим, пахнущим степной пылью и пряностями, удовольствием.

  Чужой жар охватывает со всех сторон, и Эзра едва сдерживается, чтобы сразу не войти полностью, до конца, сходя с ума от будоражащего ощущения тесноты принявшего его тела. Его выдержки хватает лишь на пару мгновений, но и тому - второму - не требуется больше: ждать не любит ни один из них. И степняк резко двигается ему навстречу, даже сейчас, обхватив ногами торс любовника, не желая терять контроль. В этом они похожи...

  Их дыхание смешивается, когда, почти сложив Сансара пополам, Эзра впивается поцелуем в пересохшие искусанные губы, раздвигая их языком. Договор? К темным богам! Здесь нет места правилам. Кроме одного - быть ближе друг к другу.