Читаем Сталин полностью

Надо отметить, что на антисемитскую пропаганду нацистов Сталин не давал открытого ответа, он в определенной мере избегал этой темы. В то же время является фактом, что во время войны в Советском Союзе евреи были в обстановке сравнительной безопасности. И. Дойчер в одной из своих работ, говоря о том, что Сталин и советская внешняя политика играли важную рель в образовании государства Израиль, отмечал в связи со второй мировой войной: «Несмотря на все преступления Сталина, необходимо упомянуть о судьбе тех двух с половиной миллионов евреев, которые были по его приказу перемещены с территорий, подвергшихся оккупации, во внутренние районы России и таким образом спасены от нацистских концентрационных лагерей. Об этом еврейская националистическая и сионистская печать часто забывает».

Антисемитская кампания в послевоенный период оказала воздействие и на страны народной демократии. В самом же Советском Союзе незадолго до смерти Сталина она достигла кульминации в «деле врачей».

От «ждановщины» пострадали не только деятели культуры. Не было пощады ни философии, ни истории, ни экономическим наукам. Отдельные отрасли науки были объявлены несуществующими, соответствующие исследования запрещены. Квантовую физику и теорию относительности подвергли критике как «буржуазные» отрасли науки. Кибернетика и психоанализ были просто вычеркнуты из рядов научных дисциплин. В биологии возвысился Лысенко, провозгласивший план преобразования природы и получивший монопольные позиции в науке. О его карьере написал книгу Жорес Медведев, биолог по профессии, брат Роя Медведева.

Лысенко остался любимцем Сталина, несмотря на то что его брат во время войны сотрудничал с фашистами. Одна из причин этого была в особой «правоте» Лысенко. Учение Лысенко считалось правильным потому, что оно отвечало потребностям сталинской политики. Громя генетику, Лысенко придавал чрезмерное значение внешним факторам, среде обитания, доказывал, что биологические объекты могут передавать вновь приобретенные свойства своим наследникам. Подобное «ускорение» развития по Лысенко отвечало сталинскому волюнтаризму, однако законы наследственности, открытые Менделем, нельзя было игнорировать безнаказанно. Вредные последствия лысенковщины не преодолены до сих пор.

Работа Сталина по вопросам языкознания, критикующая известного филолога Н. Я. Марра, несла четко выраженную идеологическую направленность, хотя в соответствии с пожеланиями вождя широко популяризировались именно научные достоинства его труда.

В письме в «Правду» от 22 июля 1950 года, опубликованном в газете 2 августа, он подчеркнул; «Я критикую… Н. Я. Марра, который, говоря о языке… и мышлении, отрывает язык от мышления и впадает таким образом в идеализм». Идеологическую направленность имели и другие работы Сталина, написанные с научной целью.

Подозрительность Сталина в последние годы его жизни приобрела гипертрофированный характер. Он с недоверием следил даже за самыми испытанными своими соратниками. В соответствии со старым обычаем Сталина — шантажировать своих соратников судьбами их родственников и близких — настала очередь попасть в тюрьму жене Молотова. Нельзя, конечно, исключать того, что действия Сталина, направленные против его ближайших соратников, объяснялись интересами политики сохранения власти, а его поведение, построенное на принципе «разделяй и властвуй», было частью продуманных комбинаций, ведь законом существования системы личной власти он считал периодическую замену старых членов своей команды новыми. После войны стало заметно, что он проявляет явное расположение к новым людям — Н. А. Булганину, Н. С. Хрущеву, но в первую очередь к Г. М. Маленкову. А среди старых соратников поколебались даже позиции всемогущего ранее Берии. Прямым следствием сложившейся ситуации было то, что в высших эшелонах власти началась безжалостная позиционная борьба между «старыми» и «новыми» деятелями. Естественно, при этом играла роль приближавшаяся битва за наследство. Такого рода соперничество развернулось между влиятельным, а после войны еще более окрепшим Ждановым и новым сильным человеком в партийном аппарате Маленковым. Конфликт между ними был закрыт смертью Жданова, который умер на даче от инфаркта. Позднее, в соответствии с укоренившимися привычками, врачей, лечивших Жданова, обвинили в причастности к его смерти.