Читаем Союз рыжих полностью

I shall stand behind this crate, and do you conceal yourselves behind those.- Ну, нам пора приготовиться.
Then, when I flash a light upon them, close in swiftly.Я полагаю, что в течение ближайшего часа все будет кончено.
If they fire, Watson, have no compunction about shooting them down."Придется, мистер Мерриуэзер, закрыть этот фонарь чем-нибудь темным...
I placed my revolver, cocked, upon the top of the wooden case behind which I crouched.- И сидеть в темноте?
Holmes shot the slide across the front of his lantern and left us in pitch darkness-such an absolute darkness as I have never before experienced.- Боюсь, что так.
The smell of hot metal remained to assure us that the light was still there, ready to flash out at a moment's notice.Я захватил колоду карт, чтобы вы могли сыграть свою партию в роббер, так как нас здесь четверо.
To me, with my nerves worked up to a pitch of expectancy, there was something depressing and subduing in the sudden gloom, and in the cold dank air of the vault.Но я вижу, что приготовления врага зашли очень далеко и что оставить здесь свет было бы рискованно.
"They have but one retreat," whispered Holmes.Кроме того, нам нужно поменяться местами.
"That is back through the house into Saxe-Coburg Square.Они смелые люди и, хотя мы нападем на них внезапно, могут причинить нам немало вреда, если мы не будем осторожны.
I hope that you have done what I asked you, Jones?"Я стану за этой корзиной, а вы спрячьтесь за теми.
"I have an inspector and two officers waiting at the front door."Когда я направлю на грабителей свет, хватайте их.
"Then we have stopped all the holes.Если они начнут стрельбу, Уотсон, стреляйте в них без колебания.
And now we must be silent and wait."Я положил свой заряженный револьвер на крышку деревянного ящика, а сам притаился за ящиком.
What a time it seemed!Холмс накрыл фонарь и оставил нас в полнейшей тьме.
From comparing notes afterwards it was but an hour and a quarter, yet it appeared to me that the night must have almost gone, and the dawn be breaking above us.Запах нагретого металла напоминал нам, что фонарь не погашен и что свет готов вспыхнуть в любое мгновение.
My limbs were weary and stiff, for I feared to change my position; yet my nerves were worked up to the highest pitch of tension, and my hearing was so acute that I could not only hear the gentle breathing of my companions, but I could distinguish the deeper, heavier in-breath of the bulky Jones from the thin, sighing note of the bank director.Мои нервы, напряженные от ожидания, были подавлены этой внезапной тьмой, этой холодной сыростью подземелья.
From my position I could look over the case in the direction of the floor.- Для бегства у них есть только один путь -обратно, через дом на Сэкс-Кобург-сквер, -прошептал Холмс.
Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы о Шерлоке Холмсе — 1. Приключения Шерлока Холмса

Приключение «Скандал в Богемии»
Приключение «Скандал в Богемии»

«Для Шерлока Холмса она всегда Та женщина. Я редко слышал, чтобы он упоминал ее как-то иначе. В его глазах она затмевает и повергает в прах весь свой пол. Нет, не то чтобы он испытывал к Ирен Адлер чувство, сходное с любовью. Все эмоции, а эта особенно, были неприемлемы для его холодного, точного и превосходно уравновешенного интеллекта. Он, как я понимаю, был идеальнейшей логично рассуждающей и наблюдающей машиной, какую только видел мир, но в роли влюбленного он поставил бы себя в фальшивое положение. В разговорах он никогда не касался нежных чувств, разве что с презрительной усмешкой и колкостями. Однако наблюдателю они служили отличным подспорьем, чтобы срывать покров с людских побуждений и поступков…»

Артур Конан Дойль

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия

Похожие книги

Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте
Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте

В своей работе Владимир Кантор, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, избирает темой своего исследования сопряжение литературы с философией. На взгляд автора, не было ни одного великого литературного произведения, которое ни находилось бы в напряженном поле философских идей. Вне этого контекста настоящая литература непонятна. Уже диалоги Платона были одновременно и философией, и замечательной литературой. По словам Достоевского, «мысль надо чувствовать». Но для этого в произведении должна быть мысль, должен быть философский контекст. Так шекспировский «Гамлет» непонятен без обращения к текстам Эразма Роттердамского, Пико дела Мирандола, Мартина Лютера, отзвуки идей которых звучат в речах принца. Как говорил Хайдеггер, в поэтических изречениях древнегреческих философов рождается западный мир, его культура, ибо философия и поэзия стоят на разных вершинах, но говорят одно и то же… Задача исследователя – суметь это увидеть, и сообщить увиденное читателю, что можно сделать единственным способом – дать анализ философских смыслов в великих произведениях мировой литературы. В книге рассмотрены тексты Шекспира, Гофмана, Бальзака, Достоевского, Кафки, Вл. Соловьёва, В. Брюсова, Е. Замятина, А. Кёстлера, И. Эренбурга, В. Кормера и других мастеров литературы в философском контексте их времени.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Владимир Карлович Кантор

Языкознание, иностранные языки